Мистер Пинкни взял щепотку табака. Его темные напомаженные волосы серебрились на висках. Он был видным адвокатом в городе, приятным и весьма начитанным джентльменом и владельцем богатейшей библиотеки, куда я не упускала случая заглянуть во время каждого нашего визита. Видит Бог, наша собственная скромная библиотека в Уаппу была мною изрядно опустошена.

Мистер Пинкни раскурил трубку и, щурясь от дыма, устремил на меня ласковый взгляд темных серо-голубых глаз. Я удивилась, что они с папенькой не удалились вдвоем в его кабинет, чтобы совершить ритуал курения табака, неизменно следовавший за вечерней трапезой, в отсутствие дам.

– У меня и в мыслях не было недооценивать способности Элизы, – проговорил он, выпустив ароматный клуб дыма. – Тем более что Элиза здесь и сама может ответить за себя. Мне почему-то кажется, что ее не слишком заботят условности. Я прав, мисс Лукас?

Меня тотчас бросило в жар, и я покосилась на маменьку, которая буравила меня взглядом – вероятно, мысленно заклинала не заставлять ее краснеть. Возможно, она надеялась, что супруги Пинкни еще не поняли, насколько я отличаюсь от своих сверстниц. Или, по крайней мере, что я не дам им дополнительного повода понять. Однако они определенно уже обо всем догадались.

– Видите ли, сэр… – Я все же приняла вызов, вопреки предостерегающему взгляду матери, а может быть, в ответ на него, и вздернула подбородок. – Если под условностями вы подразумеваете обычай, согласно которому старший ребенок в семье должен взять на себя обязанность обеспечивать благосостояние родственников в отсутствие родителя, тогда, боюсь, вы ошибаетесь, ибо я всецело с этим обычаем согласна.

У маменьки расширились глаза от ужаса.

Мистер Пинкни изящно откинулся на спинку стула, поглядывая на меня с веселым одобрением – был доволен моим ответом.

– Отлично сказано, – пробормотал папенька, заслужив тем самым насупленный взгляд от супруги.

У меня отчаянно пылали щеки, но я продолжила:

– Если же под условностями вы понимаете обычай передавать дела сыну, а не дочери, тогда вы, возможно, правы: такие условности я не считаю нужным блюсти. Кроме того, условности есть условности. По определению это не закон, а всего лишь общепринятый порядок вещей, которому люди склонны следовать бездумно, а стало быть, при определенных обстоятельствах условности дают человеку свободу действовать наиболее результативным образом. К примеру, сейчас, когда моего брата здесь нет. А я здесь.

За столом воцарилась тишина.

Я, затаив дыхание, потянулась к бокалу с вином.

– Вот именно, вы здесь, – проговорил мистер Пинкни глубоким мелодичным голосом. – Вы здесь.

Маменька словно язык проглотила.

Я опустила глаза и принялась разглядывать шов на своей парчовой обеденной перчатке, отметив для себя, что он нуждается в штопке.

– У Элизы уже есть свои планы по поводу наших земель на берегах Уаппу, – бросился спасать ситуацию мой отец, но не преуспел, а наоборот, сделал только хуже. – Правда, Элиза?

– О боже… – простонала маменька и обратилась к миссис Пинкни: – Приношу свои извинения – к сожалению, мой супруг поощряет Элизу в ее дерзких не по годам устремлениях.

– А что за планы? – презрел мистер Пинкни попытку маменьки закрыть тему.

– Несколько дней назад она спросила, можно ли посадить там больше вечнозеленых дубов для производства корабельной древесины. Девочка смотрит в будущее.

– Но ведь почвы в Уаппу все равно не позволят нам расширить производство риса, – осторожно заметила я. – Тем более что мы уже наладили экспорт риса с плантаций Гарден-Хилл и Уаккамо. Мне бы очень хотелось, чтобы папенька прислал с Антигуа разные семена – любопытно будет поэкспериментировать с посевами.

– Непременно пришлю, – кивнул отец. – Если война с испанцами все-таки начнется, это может плохо сказаться на нашем экспорте риса. Так что нам необходима альтернатива.

– А какие культуры у вас на уме, мисс Лукас? – поинтересовался мистер Пинкни.

– Я знаю, что здесь хорошо растут хлопок и люцерна. – Сказав это, я принялась вспоминать, что мне довелось видеть у нас в Вест-Индии. – Мне бы хотелось посадить имбирь и, наверное, индигоферу. Поначалу все будет довольно сумбурно, я думаю, пока мы не изучим местный климат. Говорят, прошлой зимой тут были заморозки, которых на Антигуа никогда не случалось, так что придется быть очень осторожной.

– По-моему, здесь уже многие пробовали культивировать индигоносные растения, но без особого успеха, – поддержал заведенный мной разговор мистер Пинкни. – Я сам высаживал эти кусты на своих землях в Бельмонте по наущению мистера Дево. Но, увы, они не прижились. Зато у нас есть апельсиновые деревья, мы можем поделиться с вами семенами.

– Благодарю вас. Мне бы очень хотелось побольше узнать о том, какие еще культуры у вас дают хороший урожай, – улыбнулась я. – Однако, даже если нам удастся вырастить индигоферу, нужно иметь в виду, что процесс получения красителя индиго из этого растения замысловатый и, прямо скажем, таинственный.