— Доведет, немаленький, хотя ясность ума у Оскара Адольфовича чисто как у младенца, — пробормотал Зиновий Петрович, вспоминая широко распахнутые глаза Энквиста, когда отдал ему приказание. Командир отряда крейсеров вначале впал в замешательство, чуть ли не в панику — ведь «Олег» с «Дмитрием Донским» он передал в порт-артурскую эскадру Ухтомского, а теперь требуется отправить с отрядом броненосцев «Аврору». А это равносильно краху — все три «стула» из-под задницы разом выдернули, как говорят офицеры кайзерлихмарине.

Какая тут может охрана десятка транспортов?!

Однако получив под начало обе яхты — «Светлану» и «Алмаз», а также три вспомогательных крейсера, что сопроводят отряд транспортов до Цугарского или Сунгарского, как его порой иначе называли, пролива, отделявшего Хонсю от северного острова Хоккайдо, Энквист успокоился. Риска никакого — страну Восходящего Солнца обогнут по большой дуге, на солидном удалении от берегов, куда японские крейсера почти не выходили из-за своей не совсем удовлетворительной мореходности.

Единственная опасность для дела, на взгляд самого Зиновия Петровича, заключалась в самом Энквисте. Однако Рожественский надеялся, что тот ничего не успеет напутать или не исполнить, благо, что сами угольщики и транспорты снабжения возглавляет опытный капитан 1 ранга Радлов, а в свою епархию он старика Энквиста и близко не подпустит, зная на какую дурость тот способен. Да и командир «Светланы» капитан 1 ранга Шеин моряк очень опытный и спокойный, и осадит Оскара Адольфовича, если что не так пойдет, а письменные инструкции Зиновий Петрович заранее подготовил, и сам их огласил при встрече…

— Ничего, к вечеру прорвемся, — пробормотал Рожественский, подставляя лицо соленому ветра и поглаживая ладонью мокрую бороду. С мостика была хорошо видна идущая на восток эскадра. За «Князем Суворовым» шли однотипные броненосцы «Император Александр III», «Бородино» и «Орел». Замыкал построение «Ослябя», на котором держал свой флаг контр-адмирал Фелькерзам, лишившийся всего своего отряда, уведенного Ухтомским в осажденный японцами Порт-Артур. Впрочем, это и к лучшему — со старыми тихоходными броненосцами прорыв был бы невозможен, да и Дмитрий Густавович совсем плох — болеет тяжко, на мостике фактически не появляется, так как командовать ему нечем. А с «Ослябей» и командир его капитан 1 ранга Бэр прекрасно управляется, недаром его корабль одним из лучших является — команду на нем держат в строгости.

Рядом с каждым броненосцем с правой стороны шли миноносцы — волны буквально подбрасывали вверх маленькие, всего в четыреста с небольшим тонн кораблики, перегруженные углем. Так что топлива дойти до Владивостока им хватит, а оставлять вечно ломающиеся миноносцы на попечение Энквиста не хотелось. А так с каждым из них идет рядом броненосец, и поможет, если что неладное произойдет — при спокойном море, взяв на буксир, или потопит в случае серьезной поломке, когда японцы нагонят. Однако в последнее уже не верилось. Того с Камимурой могут идти на пятнадцати узлах, но чтобы сейчас нагнать русскую эскадру им нужно пойти с двадцатью пятью узловой скоростью, которую при таком волнении даже миноносцы английской постройки не смогут выдать.

— Утру нос наместнику и Скрыдлову — ведь наградить меня меньше, чем Витгефта, уже никак нельзя, — фыркнул Рожественский, повернувшись к ветру. Слева были видны очертания острова, который и дал свое имя проливу. Далеко впереди стелились над волнами дымы крейсеров «Аврора» и «Жемчуг» и сопровождавших их двух миноносцев. Справа, в дымке, виднелись два судна, похожих на вспомогательные крейсера японского флота — они находились на таком почтительном удалении, что потопление хотя бы одного «мару» означало потерять время до вечера, что было непозволительным ребячеством и невероятной глупостью, за которую нужно незамедлительно отрешать от командования любого адмирала.

— Интересно, как там Ухтомский?

Вопрос завис на долю секунды, и подобно дыму был снесен порывом ветра, фигурально выражаясь. Участь князя, этого глупца и гордеца, по капризу судьбы вылезшего наверх, Зиновия Петровича не заботила. Японцы ведь могут погнаться за его отрядом, и тогда откроют дорогу на Порт-Артур. Но если останутся у Шаньдуня, тогда князю не позавидуешь — в бою его эскадра будет либо уничтожена, или отойдет в Циндао, чтобы там интернироваться. По крайней мере, такая участь ждет броненосцы, неспособных избежать встречи с неприятелем…

— Я получил должный, необходимый урок — никогда не следует недооценивать коварство северных гейдзинов!

Вице-адмирал Хейхатиро Того был в скверном расположении духа — через цепочку своих вспомогательных крейсеров, постоянно находящихся на патрулировании от острова Квельпатра в Желтом море до Дажелета, что уже в Японском море, он получил множество радиограмм, совершенно испортивших ему настроение. И было, отчего закручиниться — пропавшая шесть дней тому назад эскадра Рожественского снова объявилась, причем уже разделившаяся на две части. Пять новых броненосцев, два быстроходных крейсера и семь миноносцев этим утром появились в Цусимском проливе, по которому шли на скорости 12 узлов, экономическом ходу, не сильно торопясь. А вот у Дажелета оказалась русская эскадра, пришедшая от Владивостока, причем в полном составе — четыре броненосца, три броненосных и три больших бронепалубных крейсера.