Катя замечает сразу, что мой взгляд так и липнет на ее сочный вырез, улыбается шире и тихо спрашивает.

– Угостишь?

– Конечно.

Подаю ей пачку и наблюдаю, как женщина из моего прошлого берет сигарету двумя длинными ногтями, как поджигает ее, выдыхает облако дыма.

– И с кем ты?

– День рождение у подруги жены.

– Оу, жены? Ты женат?

– Не ожидала?

– Не знаю.

– А ты с кем?

– С мужем.

– Забавно.

– Наверно.

Молчим пару мгновений, такое ощущение, что насмотреться друг на друга не можем, а когда оба это понимаем — тихо смеемся.

– Не верю, что это правда ты. Я тебя вспоминала тут недавно, не поверишь, фотки листала старые, а там везде твое лицо.

– Изменился?

– Немного. Повзрослел. А я?

– Ты стала еще красивее, чем когда-то.

Я правда это сказал?! Внутри колит совесть, но я не могу остановиться, руки так и тянутся, хотят ее коснуться. Как будто наваждение какое-то…

– Знаешь, - говорит она, - Я не верю в совпадения. А ты?

– В такие точно нет.

– Не хочешь…может встретимся как-нибудь? Поговорим? Просто про наши жизни, как все изменилось…Мне бы хотелось узнать, как и чем живет моя первая любовь.

Знаю, что нельзя соглашаться — нельзя! Это плохо кончится. Я Марине не изменяю принципиально, никогда этого не делал и не собирался, но, черт возьми, Катя…

– Дашь свой номер?
– говорю я тихо, вместо того, чтобы четко обозначить границы, а она достает телефон и кивает.

– Ты свой тоже.

«Мы всего лишь выпьем кофе. Это просто кофе, а не измена!» - так я себя уговариваю на следующий же день, когда собираюсь на эту встречу.

Волнуюсь, глупо улыбаюсь и даже не замечаю, что Марина подходит, прижимается плечом к дверному косяку, пока она не издает тихий смешок.

– Ты так собираешься, будто на встречу с любовницей.

Бьет током. Я на миг паникую, но потом беру себя в руки и фыркаю.

– Ага, сразу к десятерым. По очереди их трахну и вернусь к ужину, даю слово.

Она слегка ударяет меня и шепчет:

– Дурак ты, Саш. Заедешь в магазин на обратном пути? Я тебе список пришлю в сообщении.

– Хорошо, - кричу ей в след, а сам перевожу взгдяд на себя в зеркале, - Хорошо...

Знаю, что поступаю неправильно, меня душит и жрет ложками, когда я выхожу из дома, я даже думаю повернуть обратно и уехать от торгового комплекса, в котором меня ждет моя бывшая. Просто взять и свалить подальше от этой жесткой провокации, поехать к Марине, трахнуть ее на кухне или в гостиной? Плевать где, но не идти к этой чертовке, которая так меня манит. Это плохо кончится. Я ведь действительно все осознаю, но...поступаю неправильно. Даже не так: я выбираю поступить неправильно, когда открываю дверь машины и выхожу на крытую парковку.

Катя уже ждет меня, задумчиво мешает густой кофе со сливками, а когда видит — улыбается.

– Я уж думала, не придешь.

– Прости, там авария была, - вру, чтобы скрыть волнение, - Пробка дикая. Ты как добралась?

– Не поверишь, но без приключений. Прямо, как по маслу.

Есть здесь какой-то намек, но я не улавливаю сути, да и не пытаюсь, если честно. Мне плевать. Я ведь действительно хочу быть здесь: стоило опуститься на сидение, как чувства наполнили душу до краев. Я вдруг вспомнил себя в восемнадцать, когда мы с Катей ночами напролет занимались сексом на моем старом диване. Вспомнил, как гуляли у нее на районе, и, черт возьми, я вспомнил, какого это, когда на тебя смотрят так, как она смотрит сейчас: с желанием, с тягой и огнем. С Мариной все давно не так. Яркие чувства остались в прошлом, им на замену пришла "спокойная Гавань", а мне не хватает остроты. Дико хочется женщину, которая вот также, как Катя сейчас, соблазняет меня взглядом, а Марина так не делает. Когда-то давно, вроде бы было, но я уже и не помню. И не хочу вспоминать. Вообще не хочу о ней думать.

– Может тебя подвести куда-нибудь?
– спрашиваю, когда спустя два с половиной часа мы поднимаемся, чтобы покинуть место встречи, Катя улыбается.

– Давай, если тебе несложно.

– Я на крытой парковке встал.

– Пошли.

Идем в тишине, но она не давит, а будто распаляет. Каждая секунда — это новая порция дров в наш костер и наше напряжение. Оно буквально в воздухе витает и копится, а стоит подойти к моей машине — взрывается. Я резко хватаю ее за бедра и прижимаю к пассажирской двери, целую. Страстно, горячо, она отзывается в миг, загорает, как спичка, запуская пальчики с острыми ногтями мне под футболку, потом тянет за ремень. Я понимаю, что не выдержу больше и секунды, поэтому открываю заднюю дверь и смотрю на нее, предлагаю. Катя соглашается. Она ныряет в салон, оставляя за собой шлейф сладких духов, за которым я следую, как слепой, абсолютно забывая обо всем.

Это происходит прямо там. На парковке. Средь бела дня. А мне плевать. Я быстро стягиваю ее платье, она расстегивает мой ремень. Черт, у нее классная грудь, большая, с острыми, дерзкими сосками, а белье — просто мечта. Настолько оно красиво, что я хочу видеть его и не снимаю полностью, лишь немного приспускаю вниз, и заворожено смотрю, как она забирается на меня сверху.

– Ты красивая...
– шепчу, она кивает.

– Тогда покажи насколько я тебе на самом деле нравлюсь.

И я показываю. Вхожу в нее до упора и откидываю голову назад, Катя вторит. Мне плевать сейчас на все: и на жену, которой я поклялся в верности, и на глупую игрушку, которая болтается на зеркале заднего вида и пытается изо всех сил мне о ней напомнить.

Теперь

Катя выходит из душа в полотенце и улыбается.

– Саш, ты чего загрустил?

– Не знаю, просто задумался.

– М. О своей этой?

– Кать…

– Да-да, помню. Мы о ней не говорим, - передразнивает меня, потом подходит к краю кровати и шепчет, - Но я так не хочу тебя отпускать…Так не хочу, чтобы ты уезжал…

– Я тоже, малыш.

– Может сбежим?

– Как я все объясню? А ты что скажешь?

– Ой, мой Петя ничего мне не сделает.