— Не типа того, а в шляпе, — строго сказал Фадан. — И дело это мы будем проворачивать в этой самой шляпе. Чтобы совершить из шляпы побег.

— А чего, нормально, — одобрил Бакли.

— Вроде бы действительно ничего, — согласился с общим мнением Аквист. — Дело в шляпе… звучит неплохо.

— Ну, вот и решили, — кивнул Фадан. — Отлично. Идем?

— Идем, — Бонни встала. — Мальчики, вы ничего не забыли?

— Ничего, — махнул рукой Шини. — Десять раз проверили. Пошли уже отсюда, а?

— Пошли, пошли, — Бакли зевнул. — Вот сейчас опять кто-то будет дурью маяться, а кто-то руль крутить. Шини, учись, давай. Не всё же время мне водить, а вам на скутере кататься.

— Ладно, будем учиться, — пообещал воодушевленный Шини. — Аквист, ты как?

— Плечо заживет, и я тоже буду, — согласился Аквист. — По идее, это же не очень сложно.

— Ну как сказать… самое трудное — это научиться трогаться с места, — пустился в объяснения Бакли. — Тут нужно понять принцип. Вот ты, Шини, послушай. Сейчас я тебя введу в курс дела.

Так, за разговором, они вышли из номера, чтобы потом потихоньку направиться к припаркованному неподалеку пикапу, покрашенному в траурный черный цвет. Автопробег «Катафалк», по общему мнению, должен был стать затеей интересной. Стоящей. Засидевшаяся команда рвалась в бой — потому что за эти недели стала ощущать себя уже действительно настоящей командой.

Когда они вышли из гостиницы, их встретил вечер — холодный вечер Аюхтеппэ. Лето, которое и не лето вовсе. Ничего, скоро команда окажется там, где лето уже настоящее, и только набирает силу. Ведь лето будет долгим. В этот раз обязательно. Оно просто не может не быть долгим. Долгим и интересным.

Они вышли, и, не сговариваясь, одновременно посмотрели на небо.

Ит смотрел в блокнот неподвижно, в этот момент ему показалось, что вокруг замерло всё. Даже время.

— Кто ты? — спросил Фадан.

— Я? Я просто иду вместе с вами, — шепотом ответил Ит. И вдруг улыбнулся. — Может быть, я немножко помогаю вам иногда.

— Нам еще долго идти, — покачал головой Фадан. — Ты ведь не бросишь нас? Ты будешь идти с нами и дальше? И помогать тоже?

— Конечно, — ответил Ит. — Может быть, не сразу… неважно. Да, Фадан, я буду идти с вами дальше.

— Тогда всё в порядке, — Фадан облегченно вздохнул. — Ребята, пошли. Темнеет тут рано, а дорога неблизкая. Нам предстоит большая погоня.

— В добрый путь, — прошептал Ит блокноту.

В пустом гостиничном номере никого не было. Валялось на кровати смятое покрывало (девчонки решили попрыгать напоследок), ветер трепал занавеску — уходя, они позабыли закрыть окно. В номере теперь было непривычно тихо, словно самая жизнь покинула его в этот вечер, и оправилась куда-то дальше. А он остался, как пустой кокон, покинутый бабочкой, яркокрылой и легкой.

И тени, только лишь тени…

Номер всё еще хранил каким-то непостижимым образом следы тех, кто жил в нем последний месяц. Тепло рук, солнце, лето, морскую даль, свет, любовь, время, пространства, прощания и встречи. Их уже не было — но всё-таки, пусть на какую-то крошечную долю чего-то… вероятности, пространства? они всё еще были сейчас здесь.

Ветер вытянул из-под стола обрывок листа — и на этом листе, если бы кто-то мог его сейчас видеть… этот кто-то увидел бы неуклюжий набросок:

Четыре сектора на этом наброске были наспех закрашены красным карандашом. А под наброском была надпись «Дело времени закрыто. Новое — дело в шляпе».

Ветер потащил обрывок дальше, каким-то непостижимым образом обрывок вдруг взлетел в воздух и через мгновение оказался в открытом окне. А еще через секунду ветер подхватил его крепкой рукой и понес куда-то дальше. К морю, или к горам, или просто к солнцу.

Кто его знает, этот ветер.

Он на многое способен.

И на многие вопросы он знает ответы…