Шрифт:
Стефан, налей--ка своего вина Иоанну.
С т е ф а н. Какого вина?
Д о м и ц и а н. Принесенного тобой императрице.
Стефан в недоумении.
(Стефану.) Наливай.
Стефан берет бутылку со стола, наливает в чашу,
подает ее Иоанну. Иоанн взял.
Ф л а в и й[ ] (Домициану).[ ] Иоанн необыкновенный человек.
Д о м и ц и а н. И прекрасно. Выпьем.
Домициан и Флавий пьют. Иоанн перекрестил чашу. Пьет. Стефан в ужасе смотрит, как Иоанн допивает чашу, но с тем все в порядке.
И о а н н (Домициану). Впервые царь поднес чашу простому подданному.
В Домициане закипает гнев на Стефана.
Д о м и ц и а н. Стефан, налей повторно.
Стефан наполнил вновь чашу напитком из бутылки.
Попей--ка сам.
С т е ф а н [ ](в страхе). Но, государь, не заслужил я такой чести. Да и в винах не разбираюсь...
Ф а о н (охотно). Продегустирую со смаком.
Взял чашу у Стефана.
Д о м и ц и а н (настоятельно). Попробуй, друг мой Фаон, вино, выпитое мной и Флавием.
Ф а о н. Отведаю и это, и то.
Быстро пьет и падает замертво.
Ф л а в и й (потрясенный). Фаон отравлен, а Иоанн?
Д о м и ц и а н (Иоанну). Объясни.
И о а н н. Иисус говорил ученикам: если будете веровать, то что и выпьете или съедите вредное, не повредит вам и не умрете.
Д о м и ц и а н. Корникуларий Клодиан!
Входит К л о д и а н.
К л о д и а н. Я здесь, цезарь.
Д о м и ц и а н (Клодиану). Пророка в темницу.
К л о д и а н (Иоанну). Старый знакомый по Эфесу.
Д о м и ц и а н (Стефану). Ты должен был лежать вместо Фаона, и твой черед придет.
Клодиан уводит Иоанна. За ними уходит Стефан.
(Сожалея.) Эх, Фаон, Фаон, ослушался меня и поплатился.
Картина седьмая
Подземелье во дворце Домициана. Коридор. В одной из маленьких комнат сидит спокойно И о а н н, прикованный за ногу цепью к стене. По коридору с одной стороны прокрадывается С т е ф а н, с другой -- П а р ф е н и й. Вдруг сталкиваются -- смутились.
С т е ф а н. Следишь, но за кем?
П а р ф е н и й (оправдываясь). Я не сыщик.
С т е ф а н. Хуже сыщика. Сыщик выслеживает преступника, чтобы предать его суду. Ты же выслеживаешь невиновного, чтобы знать все про всех.
П а р ф е н и й. Глаза видят, уши слышат, а язык на замке.
С т е ф а н. Кто подберет ключ к замку, секреты твои -- его. Не за Иоанном же подглядываешь. Донесу императрице.
П а р ф е н и й. Не закладывай. Прошмыгнула с ядом к умирающему Никию. Завершается их давний блуд. Домиция с гладиатором наставила императору такие рога, что он ими забодает весь сенат.
С т е ф а н. Помалкивай. Возвращается...
Стефан и Парфений исчезают.
Появляется убитая горем Д о м и ц и я, подходит к Иоанну.
Д о м и ц и я. По--бабьи опечалена я, Иоанн. Собственной рукой поднесла яд любимому Никию. Царица скорбит по какому--то гладиатору. Смешно, да? Во дворце Домициана в мрачном подземелье был освежающий родник -- мой Никий. Сражаясь на арене, помнил о моей любви к нему. Он твердил, что я, подобно талисману, приношу ему победы. Но не уберегла от смертельных ран. Никий в муках просил отравы. Не только страсть соединяла нас: он стал мне другом. Домициан, должно быть, догадываясь о моем отношении к Никию, посылал храброго раба из боя в бой, жадно наблюдал за моими переживаниями, когда мечи стучали по щиту любовника. Славный Никий -- бездыханный, а презренный Домициан облапает мое тело и наплюет в душу.
И о а н н. Человек не умирает, он изменяется. Душа его отлетела из тела.
Д о м и ц и я. Как это?
И о а н н. Умом не постигнешь. Но тот мир есть. И в свое время ваши души встретятся.
Д о м и ц и я. Живого желаю: взглянуть в ласковые глаза, прижаться к сильному телу.
И о а н н. Живущие на земле привязаны к видимому миру, иное бытие не приемлют. Смирись, доченька, и уверуй.
Д о м и ц и я. Не умею веровать. Заревелась, не заподозрил бы Домициан.
И о а н н. Грешишь против мужа.
Д о м и ц и я. Не считаю себя виноватой. Когда его провозгласили императором, приказал украсть меня у моего мужа Элия Ламии, богатого патриция, женился на мне. Вскоре Домициан приказал казнить Элия Ламию за насмешки, которые тот отпускал в его адрес принародно. Потом бросил меня, спутался со своей племянницей, та умерла. Он снова женился на мне, возвел на трон. Забавлялся мной, не спрашивая моего согласия. Женщины империи мне завидуют, а я не переношу нелюбимого скота. Разве твой Бог меня осудит?