— Тогда и я даю приз, — Мао медленно взмахнула веером. — Северянину. Восемьдесят бусин, каких он скажет.

А Кошка, похоже выиграла сегодня крупный куш.

— О да, твоя награда, — величественно и надменно кивнул Вугонг, достав из одежд небольшую шкатулку и вручая её слуге. — Ты заслужил её.

Слуга принял шкатулку с поклоном, и пошёл ко мне, после чего кивнул, и вежливо протянул её мне.

Яд Вугонга. Отлично. Теперь мы можем приступать к дальнейшей части плана.

— Кстати о вашем выигрыше, — кивнул Лис. — Все, кто сделал ставку, получили хороший выигрыш. Для вас будут изготовлены бусины на заказ, но это займёт время. Несколько дней. Поэтому вы сможете отдыхать до следующей игры несколько дней.

— Кстати на счёт следующей игры, — я шагнул вперёд. — Я хочу предложить свою игру. И сыграть с Лангом.

Брови Хули-Цзина взметнулись вверх. Ланг повернул голову и с интересом посмотрел на меня. Вугонг стал разглядывать меня без каких-либо эмоций. Мао слегка повернула голову, внимательно прислушиваясь.

— В самом деле? — удивлённо спросил он. — Ты понимаешь, что не сможешь сделать этого хотя бы потому, что должны участвовать все? Или хотя бы один должен отвечать за всех — если проигрывает один, умирают все?

— Понимаю.

— В таком случае решение будет зависеть от них.

— С чего бы мне играть с тобой лично, а человек? — презрительно фыркнул Ланг.

Я подавил в себе ярость и ровным голосом ответил:

— Хотя бы с того, что сегодня мне проиграли все твои слуги. С того, что ты проиграл человеку.

Ланг заскрипел зубами от ярости.

— Не задавайся человек! Тебе просто повезло.

Тишину нарушил презрительный смешок Вугонга.

— Твои бусины только и годятся на то, чтобы швырнуть их в пропасть, — с усмешкой произнёс он. — А если человеку просто повезло — значит у тебя нет удачи, и ты просто неудачник.

Он его специально подначивает? Неужели что-то понял? Или это просто предчувствие?

— Ах ты жалкая сколопендра! — вскочил Ланг.

— Тихо! — поднял руки Лис.

Воцарилась звенящая тишина.

— Сядь Ланг, — твёрдо объявил Лис. — Действительно, какой смысл играть одному из нас с людьми?

— Любая игра будет интересней если повысить ставки, — хмуро объявил Ян, давя на жадность — слабое место Ланга.

— И ощущения будут острее, когда играешь сам, — вставил Такаши, взывая к превосходству.

— И это будет показателем смелости, — вкрадчиво с гадкой улыбочкой произнёс Вугонг. — К чему отказываться, если всё равно выиграешь?

Я всё-таки правильно истолковал отношения между этими двумя, и очень хорошо их использовал.

— Я ставлю половину своего общего выигрыша на победу людей, — вкрадчиво добавил Вугонг.

— Тогда и я — три четверти, — повернулась к спорщикам Мао.

Ланг огляделся и сплюнул:

— Я не трус, и сильнее чем любой человек! Сильнее, чем все эти люди вместе взятые! Если вам нужно видеть это своими глазами, то я сыграю с ними, и убью их всех!

Воцарилась тишина.

— Хорошо, — вслух сказал Хули-Цзин. — Так и будет, если все игроки согласятся играть против моего друга Ланга. Кто хочет этого — сделайте шаг вперёд.

Сначала шагнул один. Потом ещё один. Ещё, и ещё. Все игроки, которые собрались здесь шагнули вперёд.

Ланг поглядел на них и презрительно сплюнул.

— Вы умрёте жалкие черви.

— В какую игру вы хотите сыграть? — спросил Лис.

— Пусть это будет нашей тайной, — сказал я. — Мы ведь тоже не знали ни об одной игре. Спустя сутки мы объявим, какое нам нужно поле.

— Хорошо, — кивнул Лис. — А теперь отдыхайте.

В этот раз Аня не стала стучать ко мне в дверь, она встретила меня на пути из зала. Похоже, как бы я не старался скрыть эмоции, они были видны, потому, что она подошла ко мне и мягко взяла под локоть, и всю дорогу так и не сказала ни слова.

— Извини, — сказал я, когда мы оказались в номере, сейчас, когда адреналин спал, я почувствовал сильное опустошение и усталость. — Немного тяжело сегодня было…

— Я понимаю, — она мягко села рядом и чуть приобняла меня. — Постарайся сегодня немного забыться.

— Угу, — я прошёл на кухню и достал бутылку водки из бара. — Это не то, что ты подумала… Просто в России принято по умершим ставить стопку с водкой и накрывать её куском чёрного хлеба.

— Я знаю, — серьёзно кивнула девушка. — Я изучала культуру России. А ещё принято оставлять пищу на кладбищах.

— Да, именно так.

Я налил напиток в рюмку и закрыл хлебом, после чего убрал в один угол, где стоял список имён погибших, которые я записывал после каждой игры.

— Прими сам. Полегчает.