— Новейшие маг. технологии позволяют нам видеть состояние человека — пульс, ритм дыхания, рост и падения адреналина, кортизола. Все это показано в графическом отображении. Если все в норме, и человек спокоен — линия стремится к идеальной, ровной. В ином случае мы можем наблюдать резкие скачки вверх или вниз.

— Но как это возможно? — округлил глаза Макс. — Нереально следить за каждым курьером.

— Такое становится реальным если… — по-доброму улыбнулся Даниил, — снабдить форму сотрудников технологией, распознающей состояние человека. Механизм должен быть расположен близко к телу.

— Снова не совсем понятно, как вам удалось заключить такое устройство в курьерскую форму. Вы же сами сказали, что организации предоставляют анонимность клиенту, а значит, и безопасность сделки. — продолжал негодовать Макс.

— С самими компаниями бесполезно договариваться о сотрудничестве с полицией, у них свои принципы имеются, — согласился Даниил, — к тому же, мы не можем сверкать перед глазами людей своими удостоверениями, ведь о наличии магических существ они ни сном, ни духом. А вот с ателье, производящим форму, вполне можем. Тем более, хозяин ателье никто иной как оживший мертвец. Он давно с нами сотрудничает. Точнее, ему приходится это делать, ведь ожил он благодаря Министерству. Дело давнее…его подняли, как свидетеля, а умерщвлять, по его же просьбе, не стали. Механизм небольшой. — Даниил бросил на стол маленький плоский кругляш. — Его вполне можно спрятать, например, в пуговице.

— Не уж то курьерские службы, за которыми вы следите, заказывают форму именно у вашего мертвеца? — Бенедикт заинтересованно всматривался в графики, постоянно меняющиеся, но не разительно.

— Низкая цена делает свое дело, — пожал плечами Даниил, — ну, и качество, конечно же. Так вот. Долгое время наблюдения не приносили своих результатов. Пока компьютер не выдал сигнал о том, что один из курьеров до одури чего-то боится. Страх оказался сродни панике. Человека буквально колбасило, как в предсмертной агонии. Конечно же, мы тут же отправились в точку, где курьер находился и перехватили его послание. В результате допроса человека мы выяснили, куда он должен был направить послание, шифр для передачи посылки. Сработали мы быстро, направив вместо курьера нашего человека с ложным конвертом. Курьерской службе верят безоговорочно, репутация у них на высоте, да и не принято вскрывать посылки с секретным содержимым на месте. Конверт забрали. А через некоторое время нам стало известно о том, что глава курьерской службы оказался жестоко убит, а саму контору спешно прикрыли. Таким образом стало ясно — посылка имела большое значение для Миротворцев.

— С чего вы взяли, что это были именно Миротворцы? — допытывался Макс.

— Никто так дерзко не убирает людей. Даже местная власть не станет расправляться с неугодными таким зверским способом, показательным. Это в стиле Миротворцев.

— Почему они используют именно человеческих курьеров в век высоких маг. технологий? — поинтересовалась я.

— Любые магические эманации легко отслеживаются нашими технологиями, поэтому передача курьерами остается самой безопасной сделкой. То, что нужный человек попал нам в руки — это счастливая случайность.

— Случайность ли? — ворчливо проговорил Бенедикт. — Не верю я в такие случайности. Тут прослеживается четкая последовательность. Кто-то хочет подставить клан под удар.

— Думаете? — блеснул холодными глазами эльф с полуулыбкой на симпатичном лице.

— Темного колдуна освободили, чтобы тот смог обороняться от наемников. Курьера напугали до чертиков, чтобы выдать маг. полиции… — перечислял Бенедикт.

— Мда, есть тут странности, согласен, — Уилл Штэмперсон посмотрел на лист с зашифрованным посланием, указав на него, — давайте начнем раскрывать суть послания.

— Хорошо, — кивнул Бенедикт, щелкнув по артефакту-будильнику, — вылезай, Орхиус. Приступай к переводу.

Неприкаянный дух вампира материализовался тут же, склонившись над посланием, предположительно имеющим отношение к известному бандитскому клану. Как всегда, одетый с иголочки, на этот раз в костюм из жаккарда с принтом из восточных оругцов, Орхиус выглядел на высоте. Высокий, красивый, златовласый, только лицо дополняла некая надменность. Дух вампира подчеркнуто пренебрежительно пробежался глазами по бумаге и скривился:

— И как мне переводить то, что скрыто?

— Мало я тебя в артефакте мариновал, — гнусаво проговорил Бенедикт, провел ладонями над письмом, впрочем, его не касаясь, и шипящими звуками произнес, — хаэссо-рэ-эноре.

На наших глазах структура слов, их расположение начали меняться. Буквы перемешались, возникли дополнительные надсечки, а само письмо расположилось в вертикальном порядке. На месте остались только те буквы, которые чем-то оказались заляпаны. При ближайшем рассмотрении заметила отпечатки жира.

— Очевидно послание сначала попало в руки растяпе, — сморщил точеный нос Орхиус, — не все буквы встали на свои места, но догадаться по смыслу можно.

Призрак вампира длительное время гипнотизировал бумажный лист с непонятными, лично для меня, символами. Это было что-то среднее между буквами и иероглифами, а еще над каждым символом было множество дополнительных точек и линий. Хотя нет, этот язык немного напоминал рунные заклинания. Однако, такие заклинания относились к темной магии. Тут же ею и не пахло. Немного погодя Орхиус задумчиво проговорил: