При звуке моего имени по мне пробежал трепет. Я откинула голову назад. Мысли так метались в голове, что их было трудно поймать.

Эш взял кувшин и стал медленно лить воду по всей длине волос.

– У меня есть к тебе вопросы.

– У меня тоже.

Сердце стучало слишком часто. С одной стороны, инстинкт требовал, чтобы я воспользовалась моментом. С другой – я понятия не имела, что делать. А в глубине души была совершенно сбита с толку его действиями, заворожена ими. Никто никогда не мыл мне волосы. Никто с тех пор, как в детстве это делала Одетта.

– Уверен, что есть. – Он обхватил мой затылок, поддерживая голову. – Но сначала я. Какой была твоя жизнь последние три года?

Мне пришлось увиливать.

– Такой же, как у любой принцессы.

– Я ни на секунду в это не поверил. Для принцессы ты слишком уверенно владеешь мечом и кинжалом.

– Кажется, мы уже выяснили, что ты знаешь не очень много принцесс, – возразила я.

– Знаю достаточно, чтобы понимать: большинство из них не стали бы сражаться с охотниками так бесстрашно и со знанием дела. Тебя кто-то обучал, – говорил он, смачивая волосы у меня на затылке.

– Меня обучали, – созналась я.

Если бы солгала, стало бы очевидно, что я что-то скрываю.

– С каким оружием?

– С любым.

– Зачем?

– Родные хотели, чтобы я могла защитить себя.

– Разве тебя не защищали королевские гвардейцы? Наклони голову назад чуть сильнее.

– Нельзя полагаться только на гвардейцев. Родные хотели позаботиться о том, чтобы я осталась жива и смогла исполнить сделку.

Чтобы сохранить равновесие, мне пришлось взяться за края ванны. Я запрокинула голову еще дальше, и моя спина выгнулась.

– Прекрасно. Так… прекрасно. – Его голос стал грубее. Вода полилась на волосы. – Кто тебя обучал?

– Рыцарь. – Я всем телом ощущала, как вода течет по груди и по ребрам. – Теперь моя очередь задавать вопросы.

– Приступай.

Эш подвинулся ближе, и его холодное тело прижалось к моей спине. Розовую кожу на сосках защипало.

Когда мне мыла голову Одетта, такого не было. Вообще. Я закрыла глаза.

– Ты правда думал, что я буду жить своей жизнью и забуду о сделке?

– Я на это надеялся.

Эш поставил кувшин и взял из коробки бутылочку.

Меня кольнула злость.

– А тебе никогда не приходило в голову, что этого не случилось, учитывая, что тебя призывали еще три раза?

– Ты о чем?

Недоумение в его голосе заставило меня сильнее сдерживать раздражение.

– Тебя призывали еще три раза с тех пор, как…

Вдруг до меня дошло, и я начала поворачиваться к нему.

– Не двигайся, – приказал он.

Я остановилась. Не потому, что он так велел, а потому что в его голос вернулись те грубые нотки. Открыв глаза, повернула голову настолько, чтобы заметить пыл в его взгляде, устремленном на мою грудь. У меня участился пульс. Я попыталась собраться с мыслями.

– Разве теневые жрецы не призывали тебя?

– А зачем? Они знали мое решение, как знала и ты. Если бы ты вернулась, они либо проигнорировали запрос, либо в угоду тебе сделали вид, что призывают меня. – Он начал намыливать мои волосы. – Но почему ты или твоя семья решили призвать меня снова?

Кожу начало покалывать, когда я поняла, что своими вопросами выдала постыдный секрет.

– Я… я никому не говорила о том, что ты сказал мне той ночью.

Первозданный молчал.

– Я была удивлена и разочарована, – выдавила я. – И… постеснялась сказать, что ты меня отверг.

– В этом не было ничего личного.

– Правда? – Я подавила смешок.

– Да. – Стараясь не тянуть мои волосы, он продолжал втирать пахнущее ванилью мыло. – У тебя красивые волосы. Словно сотканные из лунного света. Изумительные.

– Я подумывала их обрезать.

Эш усмехнулся.

– И обрезала бы, правда?

Я не ответила, и мои глаза закрылись. Он массировал пряди и кожу головы. От этих прикосновений мышцы шеи расслабились.

– У тебя хорошо получается. Ты часто моешь кому-нибудь волосы?

– Это в первый раз.

– Для меня тоже, – шепотом призналась я и почувствовала, как его пальцы на миг застыли, а потом продолжили осторожно тереть.

В голове стоял туман, но что-то в его словах пробудило воспоминания. Мои подозрения насчет его опытности вернулись, равно как и то, что он сказал о своем возрасте, – что он моложе, чем я ожидаю.

– Когда ты устроишься, нам нужно будет кое-что обсудить, – сказал он прежде, чем я спросила, сколько ему лет. – Но кое-что я хочу прояснить сейчас. Ты не сделала ничего такого, что заставило бы меня отказаться от исполнения сделки.