Мы продолжили подниматься до четвертого этажа. Здесь Эйос повела меня по широкому коридору, освещенному шаровидными светильниками из морозного стекла. Кроме них на стенах ничего не было.

Мы прошли мимо двойных дверей, выкрашенных черной краской, с серебряными завитками, выгравированными посередине. Эйос остановилась перед следующими двойными дверями, такими же, как и первые. Других дверей в коридоре не было.

– На этом этаже нет других комнат, кроме той, мимо которой мы прошли? – спросила я, когда она достала из кармана ключ.

– Есть еще одна комната в другом крыле, но большинство гостей останавливаются на третьем или втором этаже.

Она отперла дверь, а я оглянулась на двойные двери в коридоре.

– А что насчет персонала… вас?

На ее красивом лице промелькнуло замешательство.

– Я не персонал.

– Простите. – Я почувствовала, как краснею. – Я просто предположила…

– Все хорошо. Любой бы такое предположил. Здесь нет персонала.

– А теперь мне неловко, – призналась я.

Она слегка улыбнулась.

– Некоторые из нас помогают по собственному желанию. Мы… вроде как навязали Никтосу свои услуги, – сказала она, и меня слегка покоробило, что она называет его настоящим именем. – Иначе в Гадесе царил бы беспорядок, а он, наверное, никогда бы не ел.

Я могла только смотреть на нее.

– Так или иначе, я обычно весь день чем-то занята. – Она рассмеялась. – Знаю, непохоже, что сейчас день, но ты увидишь, что через несколько часов небо потемнеет.

– Погодите. – Мне нужно было кое-что прояснить. – Вы помогаете в замке, потому что сами этого хотите, но вам не платят?

– Нам не нужна плата. Никтос обеспечивает тех, кто следит за Гадесом. На самом деле, – она сдвинула брови, – все, кого ты встретишь здесь и в Лифи, хорошо обеспечены, в том числе и те, у кого более официальные обязанности.

– Чем хорошо обеспечены? – повторила я, словно это были слова на непонятном языке.

– Убежищем. Пищей. – Она разомкнула губы, словно хотела еще что-то добавить к этому списку, но передумала. Ее улыбка стала немного нервной. – Ответ на твой другой вопрос: здесь больше никто не живет.

– Даже тот бог, что был внизу? Рейн?

– Нет, у него дом в Лифи.

– А те мужчины и женщины возле стены… я имею в виду, возле Вала? А дракены?

– Гвардейцы? У них есть свое жилье – своего рода общежитие между замком и Лифи. – Она взялась за ручку двери. – У дракенов тоже есть дома.

Значит, в этом огромном замке живет один Эш? Хотя обычно основной персонал и охранники размещаются в резиденции.

– Почему здесь больше никто не живет?

Улыбка Эйос угасла.

– Это было бы небезопасно.

У меня по спине пробежал холодок.

– Что значит было бы небезопасно?

– Ну, Никтос бы не хотел… – Эйос повернулась ко мне с расширенными глазами. – Прости. Я только сейчас поняла, как это прозвучало. – Она рассмеялась, но нервно. – Понимаешь, его высочеству приходится разговаривать с самыми разными людьми, и некоторые из них могут быть немного… непредсказуемыми. Разумеется, ты здесь в полной безопасности.

– Правда? – усомнилась я.

Она уверенно кивнула.

– Да. Просто Никтос любит уединение, и… и так лучше.

Она отвернулась к двери, открыла одну створку и, поманив меня за собой, исчезла в темноте.

Я не верила, что она оговорилась, но робко шагнула внутрь. Загорелся свет в потрясающей стеклянной люстре, подвешенной в центре огромного помещения.

Одна часть комнаты представляла гостиную. Здесь стояли два дивана и два кресла, обитые роскошным кремовым бархатом, а также круглый низкий столик. Дальше, ближе к занавешенным дверям, располагался стол, а на нем – прозрачная ваза, наполненная голубыми и серыми камешками, и два стула с высокими спинками. Перед огромным камином стояла кушетка, сделанная из роскошного материала оттенка слоновой кости. Под кушеткой лежал пышный ковер. Тут даже была корзина со свернутыми одеялами.

Я медленно повернулась, и у меня упало сердце при виде кровати под балдахином. По сравнению с ней кровать Эзры показалась бы детской. Еще в комнате у окна стоял большой платяной шкаф. Я заметила три двойные двери: за диванами, возле стола и позади кровати.

– Это моя комната? – спросила я.

Эйос кивнула и, подойдя к прикроватной тумбочке, включила лампу.

– Да. Не подходит? Если нет, я уверена…

– Нет, все хорошо. Более чем хорошо.

Я не верила глазам. Личные покои мамы и то меньше.