– А это правило? Не вредить супруге Первозданного?

– Да, – кивнул он.

– Это правило нарушалось?

– Только однажды.

Я хотела спросить кем, но он продолжал:

– Следующая договоренность…

– Есть еще? – недовольно бросила я.

– Да, есть еще.

Я сердито воззрилась на него.

– Ты издеваешься.

– У меня бывают… посетители. Гости, которых я не хотел бы видеть рядом с тобой. Причем они могут приходить неожиданно.

У меня заныли челюсти от того, как крепко я их сжала.

– В таких случаях ты должна уходить в свои покои и оставаться там, пока за тобой не придет кто-нибудь из моих гвардейцев или я.

Я застыла. Ни одно из этих правил не должно было меня раздосадовать. Мама заявила бы, что это одна из ситуаций, требующих полного подчинения. И, конечно, если я просто соглашусь с этими правилами, это поможет мне исполнить мою миссию. Но я напряглась. Я провела всю жизнь под вуалью, даже когда носить ее больше не требовалось. Спрятанная, пристыженная. Забытая.

– Почему это тебя… огорчает? – спросил Эш.

Я резко повернула к нему голову и прошептала:

– Что?

Он опустил подбородок.

– Ты огорчена…

– Я раздражена…

– Да, это тоже. Но еще ты чувствуешь…

– Нет. – У меня упало сердце. – Ты же не читаешь мои эмоции?

Он ничего не сказал, и меня стрелой пронзил гнев.

– Кажется, ты говорил, что не делаешь этого.

– Я стараюсь. Но, видимо, мои щиты опустились. То, что ты чувствуешь, похоже на… – Он пытался подыскать слово, и я безмолвно закричала. – Я не смог это заблокировать.

Я громко вдохнула. Не хочу, чтобы он знал, как огорчили меня его слова. Не хочу, чтобы вообще кто-то об этом знал.

– Есть еще правила?

– Не совсем правила, – сказал он некоторое время спустя. – Но мы должны обсудить твою коронацию как моей супруги.

Внутри все перевернулось. Я не знала, почему занервничала.

– Когда это будет?

– Через две недели.

Две недели. Боги. Я сглотнула и сложила руки на талии.

– Как это будет проходить?

– Будет празднование, – ответил он. – Придут высшие боги из других дворов. Возможно, даже Первозданные. Ты будешь коронована перед ними. – Он обвел меня взглядом. – Я пришлю портниху из Лифи, чтобы подобрать тебе подходящее платье.

Я напряглась.

– Лучше, если это платье не будет похоже на свадебное.

– У меня нет намерений выставлять тебя перед всем двором и остальными жителями Илизиума, – сказал он, и я не могла отрицать, что почувствовала облегчение. – И еще она поможет тебе с гардеробом.

Я кивнула, мысли пустились вскачь.

– А я?.. – Я набрала побольше воздуха и медленно выдохнула. – Меня вознесут как Избранных после того, как признают достойной?

Под его кожей пробежали тени. Так быстро, что, наверное, мне просто показалось.

– Что ты знаешь о Вознесении, льесса?

Я пожала плечами.

– Не так много, кроме того, что Первозданный Жизни дарует Избранному вечную жизнь.

Черты его лица напряглись, а затем смягчились.

– И как, по-твоему, возносятся?

– Не знаю. Это держится в строгом секрете.

В его глаза просочились слабые клубы итера.

– При Вознесении нужно полностью осушить кровь смертного и заменить ее кровью Первозданного или бога. Это не всегда проходит удачно, – сказал он, и я вспомнила о боглинах и их Отборе. – Но Избранные рождаются в покрове. Они уже несут в своей крови некую отметку – немного божественной сущности. Это позволяет им пройти Вознесение.

Я перевела взгляд на его рот. Что происходит со смертными после Вознесения? Я знала, что они не становятся богами, но у меня был вопрос поважнее.

– А меня будут возносить?

Итер в его глазах вспыхнул сильнее.

– Тебя не будут возносить. Ты останешься смертной.

По мне прокатилась волна удивления. Хотя я знала, что не имеет значения, вознесусь или нет. Я не планировала, что мы оба проживем достаточно долго, чтобы постичь бессмертие. Но он этого не знал.

– Как ты можешь иметь смертную супругу? Такое когда-нибудь бывало?

Если да, то не попало ни в какие документы.

– Смертных супруг никогда не было. Но это не твой выбор. И не мой, – заявил он. Я почувствовала себя отвергнутой. Так нелепо, что захотелось дать самой себе пощечину. – И я бы никогда не заставил никого жить в этом практически вечность.

В этом.

Он выплюнул эти слова, словно говорил о Бездне. Мгновение ничего не понимала, но я ведь многого не знала об Илизиуме и его устройстве, о богах и Первозданных, которые переходят границы дозволенного, и какими могут быть последствия, помимо тех, что я видела по пути в замок.