– Спасибо, папа, - выдохнула я, мандраж вернулся и попытался захватить моё сознание, сцепив зубы, тряхнула головой, отгоняя панику, и через силу выдавила улыбку.
– Я готова.

– Вот и славно, ты у меня решительная и сильная девочка, - вздохнул Жакоб, - в последнее время стала, конечно, какой-то тихой и задумчивой, но Риччи не из тех, кто боится сложностей, ведь так?

– Так, - кивнула я.

– Тогда пойдём, гости заждались, а жених поди извёлся весь, ожидая свою невесту, - по-доброму добавил он, я же, бросив последний взгляд на своё чуть размытое отражение в полированной бронзовой пластине, взяла отца под руку, и мы направились на выход из комнаты.

***

Дарио

Дарио хотел бы быть невозмутимо-отстранённым, и, выполняя наказ отца, спокойно жениться на синьорине Риччи.

Но Роза всколыхнула в его груди странные чувства. И если поначалу девушка показалась ему вздорной, избалованной папиной дочкой, которая ни в чём не знала отказа, а её частые истерики и недовольство всем и вся неимоверно его раздражали, то потом, когда она сбежала и неудачно упала, ударившись головой о твёрдую землю, что-то в ней переменилось. Он не успел узнать её в достаточной мере, чтобы делать выводы, но синьорина вдруг открылась ему с совершенно другой, неожиданной для него стороны.

Её светлая искренняя улыбка вызывала в нём желание улыбнуться в ответ. А непринуждённость, с какой она обращалась к нему? Никакого показного презрения и избегания его общества. Рядом с ней он ненадолго забывал о тех годах, что провёл на войне, о тех потерях, что ему пришлось пережить. Только вот стоило наступить ночи, как кошмары накидывались на него, терзая душу. И снова бессонница и, как следствие, вечная усталость днём.

Сегодня настал тот день, когда он свяжет свою судьбу с судьбой Розы. Каким будет их брак? Полной ли чашей? Или девушка вспомнит, о чём запамятовала, и к ней вернётся позабытая истеричность? В глубине души Дар сам себе признавался, что такой исход для него крайне нежелателен.

Молодой человек стоял справа от овального алтаря с водружённой на него статуэткой Единого. Санто Микеле замер точно по центру и с благодушной улыбкой взирал на стоявших в молельне приглашённых гостей. Сидеть в святом месте было не положено, посему люди терпеливо замерли, негромко изредка переговариваясь между собой.

Дарио даже немного разволновался, когда ожидание слишком затянулось, и хотел было послать кого-нибудь к Розе, но тут двустворчатые резные двери медленно распахнулись, впуская внутрь лучи солнечного света, в бликах которого он рассмотрел силуэт своей наречённой, идущей под руку с синьором Риччи.

Его невеста была прекрасна.

Ошеломительное белоснежное платье, искусно украшенное по лифу мелким перламутровым жемчугом, при каждом шаге ненавязчиво очерчивало дивной красоты стан. Шлейф из невиданной доселе оригинальной вставки с такими же жемчужинами с негромким шелестом тянулся вслед за Розой. Дамы и молодые синьорины высоко оценили новшество: тут же послышались восторженные шепотки и жадные взоры прикипели к одеянию Розы, каждая женщина стремилась запомнить малейшую деталь, даже непривычные перчатки без пальцев, приковали к себе небывалое пристальнейшее внимание.

А букетик полевых ромашек и васильков, который держала перед собой Роза, придал её облику трогательную невинность, делая образ цельным и завораживающим... Дарио сам не заметил, как затаил дыхание, глядя на приближение невесты. И эта обольстительная красавица совсем скоро станет его женой...

Синьор Риччи подал руку дочери жениху со словами:

– Береги моё сокровище!

Дарио просто кивнул, беря тонкую ладошку Розы. Девушка несмело ему улыбнулась, а его сердце пропустило удар.

Нежные черты лица невесты приковывали взор: аккуратный нос, пухлые алые губы, словно бархатистые лепестки розы, так и манили сорвать поцелуй... высокие скулы и омуты карих глаз с золотистыми прожилками. Яркая, волнующая, юная...

– Дети мои, прошу вас, - услышал Дар голос санто Микеле и тут же опомнился, сбрасывая наваждение. Осторожно подвёл Розу к духовнику и замер рядом с ней, не выпуская её тонкие пальцы.

Слова санто о нерушимости брака, о взаимовыручке и поддержке в любые, даже самые сложные времена, о мире, спокойствии и терпении в семье тронули в душе Дарио потаённые струны, и он с большой надеждой смотрел в их совместное будущее.

– ... кровь, связь и доверие - всё это семья, вы станете частью друг друга. Роза, следуй за мужем, он - глава, его слово нерушимо. Дарио, прислушивайся к супруге, она будет оберегать домашний очаг, воспитывать твоих детей...

– Принимаете ли вы благословение Всевышнего?
– завершив свою речь, громко спросил духовник.

– Да, - твёрдо ответил Дар.

– Да, - негромко вторила ему Роза.

– Пред ликом Единого и собравшихся свидетелей объявляю вас мужем и женой. Прикоснитесь к алтарю и поставьте ваши подписи в духовной книге.