И Дэйв заставил себя стоять смирно, усмирив дыхание и внимательно всматриваясь в лицо Кэтти. Она подняла глаза и проговорила, чуть задыхаясь:

— У тебя такое красивое тело.

— Кэтти, .. — взмолился Дэйв.

Она отдернула руку, поняв наконец, заметив его более чем очевидные желания.

— Ой! Я не хотела дразнить тебя, Дэйв.

— Ты можешь делать все, что тебе вздумается, — успокоил се он. — Не надо себя сдержи — вачь только потому, что ты боишься.

— Ты это заметил? — смутилась Кэтти.

— Да, — кивнул Дэйв. — А каков был Фрэнк в постели?

Она отпрянула.

— Не хочу говорить о нем.

Но Дэйву и самому было невыносимо представлять Кэтти в постели с другим мужчиной, а в особенности с Фрэнком. Можно только догадываться, каково это было, раз она чак боиг-ся всего, что называется эротикой. Но он затеял этот разговор, чтобы самому прийти в чувство и заставить встряхнуться ее.

— Не надо было мне выходить из детской, — сказала Кэтти. — Я не могла заснуть… беспокоилась о тебе.

Раньше, как только любовница начинала о нем беспокоиться, Дэйв мгновенно исчезал. Но сейчас слова Кэтти согрели ему душу.

— Ты потрясающая женщина, — сказал он. — Вызвала полицию, послала Тедди мне на подмогу, прибежала выручать меня с фонарем в руках, а потом еще смотрела, как меня штопали.

— Это Ураган приучил меня сохранить хладнокровие в самых опасных ситуациях, — усмехнулась Кэтти.

Дэйв нежно потрепал ее по плечу.

— Но, с другой стороны, ты можешь расплакаться от умиления, узнав, что я приготовил сладкое для твоих девочек.

— Это совсем другое!

— А если я сейчас снова поцелую тебя, что ты сделаешь? Схватишься за фонарик? Закричишь? Или ответишь на мой поцелуй?

— Я… я не знаю…

— Тогда давай проверим?

И Дэйв осторожно и нежно, будто перед ним было неземное существо, прикоснулся губами к губам Кэтти. Потом он поцеловал ее подбородок, щеки, виски, лоб, пробуя на вкус и упиваясь мягкостью гладкой кожи. Он целовал ее веки, локоны за ухом, снова губы… В том, что он делал, была завораживающая чувственность, и голова его немного кружилась, а сердце трепетало.

Но тут Кэтти провела ладонями по его груди и обняла за шею, прижимаясь крепче. Дэйва словно током пронзило. У него перехватило дыхание, и он моментально забыл обо всем на свете, кроме того, что жаждет овладеть этой дивной женщиной, так давно ему знакомой, но такой далекой. Он привлек ее к себе, лаская податливое тело, и жадно впился в губы, а она с неожиданной страстью ответила на его поцелуй.

Чувствуя прикосновения ее полных грудей и распаляясь от этого еще сильнее, Дэйв понял, что теряет над собой контроль, и проговорил, едва переведя дыхание:

— Кэтти, так больше нельзя… Ты действительно этого хочешь?

Она замерла и подняла на него затуманенные глаза, в которых он увидел искорки желания.

— Что ты сказал?

— Я сказал, что ты потрясающе сексуальна, и если мы будем продолжать в том же духе, то в результате упадем на ковер и начнем заниматься любовью.

— Заниматься любовью? — переспросила Кэтти.

— Да. Ты и я. На этом ковре. Она посмотрела вниз.

— Отвратительный ковер.

— Согласен. Так ты хочешь заняться любовью со мной, Кэтти?

— Да. Нет. Я не знаю.

Ее нерешительность отрезвила Дэйва. Нет, их первое с Кэтти любовное слияние не должно произойти здесь, в этой квартире, где в соседней комнате спят дети, и сейчас, когда у него дико болит грудь, и рука, и колено…

— Я очень хочу этого, Кэтти, — сказал он, осторожно подбирая слова. — Но не здесь и не сейчас. — Она молчала, глядя на него потухшим взглядом, и Дэйв почувствовал, как на него накатывается смертельная усталость. — Иди спать, — сказал он. — И я тоже пойду.

Кэтрин взяла его лицо в ладони.

— Ты знаешь, что со мной происходит, когда я с тобой7 — спросила она. — Я чувствую себя так, словно скачу на Урагане. Когда мы с ним готовились преодолеть сложное препятствие, мне было жутко и весело одновременно. Я предвкушала пьянящее упоение взлета и в то же время боялась упасть и сломать себе шею. — Она опустила руки и тяжело вздохнула. — Опять я много болтаю.

— Ты всегда была отважной, Кэтти.

— Отважной или просто сумасбродной?

— Мы с тобой похожи…