Что касается комнаты, то она производила убогое впечатление: замызганные стены, засиженное мухами старое зеркало, пыль в углах. Да, еще ширма из пластика, вроде тех, какие бывают в больницах. Как все это контрастировало с тем, что я успела разглядеть в зале, через который я пролетела галопом. Там-то все блестело. Прямо Нью-Йорк — город контрастов.

Существо в сером никак не отреагировало на мое явление, зато девица в рыжем халате моментально очнулась от меланхолии и набросилась на бугая с претензиями:

— Ты кого мне привел, Лонг?

Верзила с готовностью откликнулся на звучное прозвище:

— Не шуми. Марго, я привел тебе напарницу.

— Эту?! — Лохматая Марго чуть не подавилась своей сигареткой. — Ты что, очумел? Да ее же только под увеличительным стеклом рассматривать! Ну нет, я с ней не выйду!

— Выйдешь! — рявкнул Лонг, который, похоже, разозлился.

— Черта с два! — Строптивая Марго нервно затянулась в последний раз, после чего раздавила окурок прямо на растрескавшейся поверхности старого и грязного туалетного столика, сиротливо притулившегося у обшарпанной стены. — Тоже мне, напарница. Долго же вы ее, наверное, искали!

Интересно, что эта хамка хотела сказать? Я посмотрела на Лонга с укором. Раз уж он приволок меня сюда против моей воли, то просто обязан заткнуть рот этой фурии. Однако этот трус сразу пошел на попятную, видно, не хотел портить отношения с Марго:

— Да ладно тебе, Маргош, что ты в самом деле? Было бы из-за чего переживать!

Делов-то на десять минут!

— Да?! — В запале гнева Марго так тряхнула ногой, что ее правая тапочка отлетела в угол. — Ты мне что обещал, а?

Шоу на европейском уровне! А сам привел в этот занюханный клоповник. — Она презрительно наморщила нос. — Тут, — Марго огляделась, — даже переодеться негде!

— Но Марго, — заканючил Лонг, — ты же знаешь, мы только начинаем, вот раскрутимся и устроим тут голубой бассейн. Мы же первооткрыватели, наше шоу — первое в городе, вот настрижем «бабок», тогда и развернемся, а пока…

— А пока я должна выступать в собственном купальнике, потому что вашими только унитазы драить! — С этими словами Марго распахнула рыжий халат и продемонстрировала свои внушительного вида прелести, обтянутые черным в желтую полоску купальником.

Если я что-то понимаю в мужской психологии, то у Лонга от этого зрелища слюнки закапали.

— Отлично выглядишь! — возвестил он громогласно. — Публика будет стонать от восторга.

— От хохота! — возразила ему непреклонная Марго. — Публика будет по полу валяться, когда увидит напарницу, которую ты мне притаранил. Ты хоть представляешь, как мы будем с ней выглядеть: как Тарапунька и Штепсель!

Эти бессмысленные препирательства мне порядком надоели, и я вмешалась в спор басистого Лонга и лохматой Марго, тем более что весь сыр-бор, насколько я поняла, разгорелся из-за меня, — Послушайте! — попыталась я перекрыть визг Марго. — Я вам никакая не напарница, а потому вы зря меня оскорбляете!

Марго сразу заткнулась и зыркнула на Лонга:

— Значит, она не будет выступать? Еще лучше! Тогда что я здесь делаю? До свидания, я умываю руки!

Марго схватила брошенный ею на кресло рыжий халат и стала его напяливать.

Может, тем бы все и кончилось, но тут, на мое несчастье, в комнате образовался карлик. Этот сразу завелся с пол-оборота:

— Что? Она еще не одета?

И посмотрел на меня.

Как это понимать прикажете? Между прочим, я-то как раз одета в отличие от лохматой Марго. Все это возмутило меня выше всякой меры, и я предприняла очередную попытку объясниться, впрочем, такую же безуспешную, как и все предыдущие. Я только и успела произнести многозначительное «н-но…» и тут же потеряла дар речи, потому что передо мной возникло унылое существо в сером с какой-то зеленой тряпкой в руках.

— Вот, этот подойдет.

— А не велик? — усомнился Лонг.

— Все равно меньше нет, — отрезало существо, в котором я наконец не без труда опознала субъекта мужеского пола, которому на вид можно было дать не более семнадцати лет. Такой прыщавый подросток с редкой порослью на подбородке и засаленным, схваченным аптекарской резинкой хвостиком на затылке. Я рассмотрела и тряпку, которую он держал, — это был дешевый зеленый купальник, какими завалены барахолки от Парижа до Находки.

От такого потрясения мой дар речи восстановился в полном объеме.

— Что… Что вы мне предлагаете? — заорала я дурным голосом и наступила на ногу Лонгу. Тот поморщился, но мою руку не выпустил.

— Значит, так, — снова заговорил карлик, обращаясь к Лонгу, — меня не интересует, как ты это устроишь, но через пять минут они должны быть в зале, иначе публика всю мебель переломает.

— Ты слышал? — Лонг переадресовал эту угрозу прыщавому подростку.

Последний индифферентно пожал плечами и вздохнул.

Неожиданно в дело вмешалась Марго.

— Тащите ее за ширму! — приказала она.