С огромным трудом я дождалась окончания рабочего дня, чтобы по дороге домой вдоволь наплакаться о своей дырявой судьбе. Вечером я позвонила маме и сказала, что отбываю в самый дальний угол нашего региона. Мама предложила помощь с липовым больничным, но я отказалась и попыталась успокоить её словами про прекрасную организацию этой важной поездки.

В назначенный день я собрала теплые вещи и отправилась в аэропорт. Бесконечный снег все двадцать пять дней декабря сыпался лишь с небольшими перерывами. День моего отлета оказался безоблачным. Солнышко светило ярким светом, освободив небо от облаков, препятствующих вылету. Воздушная гавань была набита битком людьми, которые вот уже несколько дней не могли улететь домой из-за причуд погоды. Густая вонь грязных носков, немытых тел и разлитого пива наполняла все помещения аэропорта. Я надеялась, что не попаду на этот рейс, но авиакомпания решила направить два дополнительных борта, в которых оказалось место и для меня.

Разместившись около окна этого маленького самолета, я стала ждать взлета. Рядом со мной уселась пьяненькая компания молодых ребят, которые закончили сессию в каком-то городском техникуме и ехали на зимние каникулы к родителям. Сзади расположились мамаши с плачущими детьми, в хвосте поместили огромную кучу каких-то коробок. Когда все уселись, самолет завибрировал, задрожал и начал движение.

Время в пути составило около двух часов. В полете я смогла насладиться природой и реками нашей земли. Безжизненные, закованные снегом горы менялись бескрайними долинами, полями и населенными пунктами. В этих суровых пейзажах таилась своеобразная красота и привлекательность. Увиденное так впечатлило меня, что я на время перестала злиться на руководителя. Но обида снова вернулась, когда мы приземлились…

Самолет сел на какую-то плохо расчищенную дорогу, мы вышли на улицу и пешком пошли до аэропорта, который больше напоминал сарай. На входе стоял худощавый мужчина средних лет и держал в руках табличку с моей фамилией. Я подошла к нему, представилась, он в ответ поздоровался, взял сумку, и предложил разместить меня в гостинице. «Ооооо, – подумала я, – здесь есть гостиница». Молча отдала багаж и последовала за мужчиной. По дороге к машине незнакомец объяснил, что является сотрудником местной администрации, которому было поручено меня встретить. Он немного повозил меня по поселку, где потеряться было невозможно. Памятник В. И. Ленину указывал на рядом стоящее здание муниципальной власти, в котором располагалось и территориальное управление нашей службы. В здании с флагом размещался паспортный стол и отделение полиции, рядом угадывалась школа и детский сад, чуть поодаль красовался новенький дом культуры, неподалеку размещалась библиотека. Проехав чуть дальше по единственной дороге, мы оказались около страшного здания серого цвета, это была местная гостиница. Мужчина снова взял мою сумку и предложил разместиться в номере. На входе нас встретила румяная женщина, она радостно поприветствовала меня и показала мою комнату, оборудованную, по всей вероятности, в год моего рождения. Администратор предупредила об отсутствии горячей воды и плохом отоплении, но пообещала помочь со вторым одеялом. Я оставила вещи и отправилась знакомиться с местными достопримечательностями.

Мой поход занял около часа, я безумно замерзла и отправилась в здание администрации. Начальник территориального управления нашей службы, с трудом натягивая улыбку на свое немолодое, опухшее, плохо бритое лицо, предложил располагаться и выпить чаю. Гнусавым голосом он рассказал про тяготы его жизни на краю света, трудности со службой, проблемы со здоровьем и прочие малоинтересные нюансы своей жизни. Пока мы разговаривали, к начальнику то и дело заходили какие-то мужчины и складывали в темнушку большие коробки. В одной слышался звон стекла, вторая издавала аромат копченого мяса, третья пахла мандаринами. Начальник просто махал головой и, не стесняясь меня, посетителям указывал рукой, куда ставить эти подарки. Я попросила посмотреть документы, журналы, статистические отчеты и планы работы. Начальник поморщился и сказал, чтобы я не усердствовала в своей работе, достал кипу ненужных бумаг и вскоре предложил встретиться на следующий день. Оставив эту макулатуру, я отправилась в гостиницу. На улицах ходили люди и почему-то здоровались со мной. Я зашла в магазин, купила какой-то еды и поплелась в свой «гранд-отель».

Вскоре начался снег, поднялся жуткий ветер, за окном стало белым бело. После нескольких часов метели и пурги свет в лампочке замигал, потом вовсе потух. Я вышла в коридор и стала звать на помощь. Вдруг соседняя дверь открылась, из неё вышел молодой мужчина со свечкой в руках. «Ты чего кричишь?» – спросил он. «Как чего? У меня нет света и батареи холоднее рук», – ответила я. «Заходи ко мне», – пригласил меня незнакомец. Я замешкалась. «Заходи, заходи, не бойся», – сказал мужчина и буквально затолкнул меня в свою комнату, в которой было уютно и тепло. Он поставил зажженную свечку на стол, и я увидела закуски и выпивку, снова смутилась и решила вернуться к себе в номер. Но мужчина настоял разделить с ним трапезу…

Незнакомец оказался сценаристом областного центра культуры по имени Иван. Его командировали в этот поселок, чтобы передать звуковое оборудование для нового дома культуры и поделиться опытом со служителями Мельпомены местного разлива. «Почему же оборудование не передали раньше», – спросила я. Иван задумался, а потом сказал, что в бюджете оставались деньги, которые нужно было освоить. Ему объяснили, как важно доставить оборудование перед Новым годом людям, у которых и так несладкая жизнь. Молодой впечатлительный человек, не задумываясь, бросился на помощь, не подозревая, что здесь может встретить рассвет нового года. Услышав причину командировки, я посмеялась. Мне было приятна мысль, что не меня одну так беспощадно использовали ради соблюдения правил Бюджетного кодекса. Иван оскорбился моей иронией, он уверял, что обязательно вернется в город в назначенное время, ведь он взял аванс от очень богатых людей, чтобы 30 декабря поздравить их в костюме Деда Мороза с наступающим праздником. Я успокоила собеседника, сказала, что мы обязательно вернемся вовремя домой, но, глядя в окно, понимала, что этот снежный плен может затянуться надолго…

Через четверть часа прибежала администраторша гостиницы и принесла с собой керосиновый обогреватель. Увидев меня, предложила только свечку и пачку спичек. Когда она ушла, я засыпала шутками собеседника, про то, какой он важный и знаменитый в этом богом забытом поселке, раз у него такой сервис. Иван отмахивался, говорил, что просто красивый и жизнерадостный, а таких не любить невозможно. Я вдруг задумалась и поняла, что он прав. Мои серые наряды и вечно усталый замотанный вид превратили меня в страшную несчастную женщину, которая забыла, как улыбаться и радоваться мелочам. Иван вдруг заметил мою грусть, он позвал меня по имени, а потом тихонько сказал: «Они так со мной обращаются, потому что хотят уговорить меня остаться здесь и стать директором дома культуры, я сказал, что подумаю, а сам пока наслаждаюсь их гостеприимством, но даже не собираюсь отказываться от городской жизни». «Хитромудрый прохвост», – сказала я в ответ, а сама задумалась о том, что в сущности Иван был прав: доброжелательность и красота действительно могут творить чудеса…

Мы болтали, будто старые знакомые. Иван рассказывал, где бывал, с кем работал, пел и читал стихи. Никогда прежде я не встречала таких легких людей, которые не держались за работу, достаток и стабильный заработок. Иван работал в разных уголках нашей страны, частенько бывал на гастролях, к вещам и людям не привязывался и мечтал увидеть пирамиду Хеопса. Моя жизнь была не такой насыщенной, поэтому я только слушала и удивлялась, как сильно отличаюсь от этого молодого мужчины, похожего на ветер. На улице свирепствовала вьюга, а в нашей комнате было светло и очень уютно.