Подружки Гели сели за стол, стали пить и вспоминать, скольких дурочек напугали за этот вечер. Плоские тупые шутки новых знакомых меня стали быстро раздражать, но я улыбалась, чтобы никого не обидеть. Я хотела дождаться момента, когда смогу поговорить с Гелей по душам.

Только к утру девчонки устали и заснули. Леля «утухла» в кресле. Беззубая и две туповато-дебильноватые подружки развалились на стареньком диване. Геля предложила покурить на улице, чтобы никого не будить. Я набросила её куртку, пропахшую сигаретным дымом, и отправилась вслед за ней. Пока мы шли по длинному коридору общежития и спускались по лестнице, я вспомнила, как мы познакомились с Гелей.

Когда мне исполнилось пять лет, воспитательница детского сада «Ромашка» предупредила, что к нам скоро должна прийти новая девочка с необычным именем Ангелина. Детей попросили отнестись к новенькой дружелюбно.

Однажды утром я зашла в группу и увидела девочку, которая сидела на маленькой длинной скамейке в гардеробной возле своего шкафчика с одеждой и горько плакала. Её мама забыла взять с собой чистые сменные колготки, а по дороге в детский садик маленькая девочка описалась. Переодевать ребенка её мать отказалась и ушла. Стыдливая девочка побоялась обратиться к воспитателю за помощью, она просто сидела и плакала. Моей маме стало жалко несчастную и она, открыв мой шкафчик, отдала ей запасные колготы. Геля обрадовалась, поблагодарила меня и незнакомую женщину, оделась в чистое и побежала неумело стирать свои испачканные колготки. Вечером её мама, увидев чужое белье, влепила дочери пощечину и назвала ребенка воровкой. Я бросилась на помощь, стала плакать, убеждать в несправедливости, объяснять, что колготки были подарком. Женщина не унималась, она трясла Гелю, словно грушу, называя мерзавкой. У меня, рожденной в любви и заботе, эта картина вызвала настоящий шок. Значительно позже я узнала, что Ангелина родилась в семье с непростой историей.

Её отец был боевым офицером, участником войны в Афганистане, после которой он вернулся, лишенный глаза и ноги. Из армии его комиссовали, инвалидность не позволила устроиться на работу. Свое горе отец стал топить в стакане, пропивая всю свою немалую пенсию. Мать Ангелины, уставшая от пьяных рассказов мужа о войне и бездарности командования, вечера стала проводить вне дома, оставляя маленькую дочь на попечение нетрезвого отца, который души не чаял в своей красавице, называя её Ангелом. После очередного запоя отец нашел в доме бельевую веревку, умело сделал нужный узел и повесился у себя на кухне. Тело висящего отца нашла Геля, когда встала утром попить водички.

После смерти отца мать Гели почти сразу вышла замуж и переехала жить к новому мужу в дом рядом с детским садом «Ромашка». Так Геля появилась в нашей группе. За два года дружбы мы очень привязались друг к другу. Геля была обладательницей густющих черных волос, она не была красавицей, но нравилась нескольким мальчикам из группы. Неправильно сформированные зубки, схожие с забором, не позволяли Геле улыбаться. Дефекты речи сковывали её общение с окружающими. Она стеснялась своих недостатков и росла одиноким затравленным ребенком. Только мне она могла открыться или пожаловаться на свою маленькую и такую несчастную жизнь. Её мать всегда проявляла жестокость к дочери, но после того как она снова вышла замуж, Геле стало «влетать» за любую провинность. Я нередко видела свежие синяки и ссадины на её маленьком худеньком тельце.

В школе мы мечтали сидеть за одной партой, но мама Гели забеременела и решила избавиться о любых воспоминаниях о прошлой жизни. Она связалась с бывшей свекровью и отдала ребенка на воспитание бабушке, жившей в другом городе, так с Гелей мы расстались на долгие десять лет и теперь сидели на одной лавочке возле общежития, не зная, с чего начать разговор.

Когда первые лучики солнца озарили наши лица, я увидела слезы на глазах Гели. «Разве Рука может плакать», – язвительно начала я, всё еще находясь под впечатлением от нашей встречи на стадионе. «Не мовет, я пгосто вспомнила те самые ковготкы», – ответила Ангелина. Я глубоко вздохнула и предложила рассказать всё, что случилось с ней за десять лет нашей разлуки. Мне хотелось понять, как милый Ангел смог превратиться в бандершу по кличке Рука, в арсенале которой, вместо невинных игрушек, были ножи и «розочки» от бутылок.

Геля, достав новую сигарету, начала свой рассказ…

Когда Геля переехала к бабушке, ей снова пришлось нелегко. Женщина, потерявшая сына, не смогла справиться с горем и пристрастилась к пагубной привычке. Ангелину бабка не била, даже не ругала, но и заботиться о ней не собиралась. Учеба Геле давалась нелегко, во втором классе её предложили оставить на второй год или перевести в школу-интернат для детей с задержкой психического развития. О последствиях обучения в подобных интернатах бабка не подумала, поэтому с легкостью перевела внучку в интернат с дневным пребыванием. В окружении таких же несчастных, никому не нужных детей Геля провела семь лет своей жизни.

Помимо аттестата об основном общем образовании, в интернате Ангелина получила навыки курения, употребления спиртных напитков и рукопашного боя. Мечтать не хотела, планы на жизнь не строила, жила на пенсию по потере кормильца. Получить комнату в общежитии помогла учительница из интерната. Только о ней Геля отзывалась с особым теплом, об остальных людях в её жизни говорила в самых крепких и жестких выражениях.

На мой вопрос, зачем она калечит людей на стадионе, Геля ответила, что никогда никого не резала, только пугала и развлекалась. Ей нравилось видеть ужас и страх в глазах чистеньких излюбленных принцесс. Умоляя о пощаде, расфуфыренные красотки отдавали деньги, валялись в ногах, унижались, придавая Руке уверенность в своей безграничной власти. Я спросила про маму и снова увидела слезы в глазах Гели. «Ненавижу эту тварь», – сквозь зубы процедила Ангелина. От разговора о матери она уклонилась.

Мы еще немного посидела на лавочке, когда замерзли, вернулись в общежитие. Часы показывали семь утра, нужно было возвращаться домой. Я разбудила Лелю, на прощание обняла Гелю, на газете написала свой домашний телефон и предложила снова встретиться, чтобы обсудить планы на будущее. Она тихонько извинилась за свою банду, предложила на следующей неделе вместе сходить на дискотеку в «Монтажник». Я утвердительно кивнула, но не была уверена, что снова захочу попасть на стадион. Мы с Лелей вышли из общежития и молча поплелись домой.