– А, ну да.
– сообразил он, что мы об этом ещё не говорили, - Я когда очнулся, в доме была тётка средних лет. Странная - в идиотском чепчике и музейном платье батрачки-крестьянки. Так вот она давай причитать, мол, "слава богу очухались, сайрон Алекс, всевышний смилостивится - и сайрина Тасмин к нам вернётся", а сейчас ей бежать нужно, а то и так тут два дня торчит, а дома - дети. Обещала завтра с утра вернуться.

Я шумно выдохнула, осваивая новую порцию шока.

– Честно сказать, сперва решил, что в дурку попал. А что ещё думать? Не на съёмки же допотопного сериала? Короче, одна версия нелепее другой. Разговаривать с ней не стал, от греха - покивал молча и спровадил. Что делать будем?

– Не знаю. Дай спокойно подумать. Надо понять, куда мы попали, почему мы - не мы, и что всё это вообще значит.

– Лично я даже натянуто-допустимые варианты исчерпал. Недопустимые - тоже. Всякого повидал, но "сие науке и разуму моему не известно".
– надо же, он ещё и шутить пытался, - Ладно, двигайся - устал я топтаться, надо полежать.

– Чего?
– не поняла я.

– Двигайся, говорю.

– Зачем? А что?... А здесь... На свою кровать иди, сдурел что ли? Ещё я с незнакомыми мужиками в койке не валялась.

– Нет здесь других коек. Не-ту. Так что, двигайте своё худосочное тело и не выдрёпывайтесь, дорогая - я уже с ног валюсь.

– Может на пол...
– попыталась вяло возразить я, тем не менее осторожно перемещаясь к краю, - постелить.

И осеклась, увидев этот ... О-о! этот взгляд сообщил мне многое из того, что он в данный момент обо мне подумал. Можно было и поскромнее.

– Куда ты ползёшь?
– раздражённо забухтел Александр.

– Двигаюсь, сам сказал!
– возмутилась я.

– К стенке давай. Из нас двоих - ходячий пока только я, что ж теперь - через тебя лазить?

Пришлось подчиниться.

Минут пять мы возились, чтобы хоть как-то более-менее приемлемо угнездиться на не слишком широком ложе - ну, наверное, как наша полуторка. К прочим неудобствам, ещё и одеяло оказалось - одно.

Сосед по койке тихо медленно выдохнул и прикрыл глаза - видать и вправду нехорошо было.

– Что у тебя болит?
– участливо спросила я.

– Глубокая ссадина на ноге, повреждена рука и рёбра. Но не перелом - скорее трещина. Ничего критичного. Ну и так, по мелочам - ссадины, царапины, ушибы, - неохотно отозвался он - видимо, ему хотелось помолчать.

Так и чесалось спросить, откуда он так хорошо разбирается в ранах, но не стала. Будет время. Нужно отдохнуть - пусть набирается сил. Кажется, жизнь обоих сейчас в большой мере зависит от него.

Осторожно вздохнув, чтобы не тревожить попутчика (отчего-то именно это слово само легло на язык), принялась изучать обстановку.

Превалирующий цвет - унылый серый: каменные стены, потолок, тряпки. В комнате довольно тепло и слышен звук потрескивающего при горении дерева. Значит точно есть или камин, или печь - но где-то вне поля зрения. Ну, стол с табуреткой я уже видела, вон, кстати, кажется вторая такая же в углу возле деревянной гробины, вроде короба.

Подушка под головой маленькая и "ухабистая", одеяло шерстяное, старое, и этот запах... Нервы немного успокоились после первого шока - утешало и то, что я здесь, всё-таки, не одна. Но амбре, густым облаком висевшее вокруг нас уже просто бесило.

– Слушай, - не выдержала я, - эта вонь... Невозможно.

– Да я сам уже задыхаюсь.
– отозвался Саша.

– Может чего поискать, да перестелить?

– Сейчас. Ещё минут пять полежу и встану - пороюсь.
– не открывая глаз, ответил он.

Пяти минут он не выдержал. Откинул свою половину одеяла и, подавляя кряхтение, тяжело поднялся с кровати.

– Так, где здесь что?
– он встал посреди комнаты, водя по сторонам взглядом.

– Попробуй вон тот сундук.
– посоветовала я, - Да, в углу.

Саша, прихватив наш жалкий источник света, пошёл в указанном направлении.

Внутри и в самом деле, судя по его комментариям, лежало тряпьё.

– Слушай, тут всё какое-то сырое. Может ещё где поискать?

– Это вряд ли. Судя по обстановке, шёлковых простыней явно не перепадёт. Давай, что есть. Хотя бы вонять не будет.

Он притащил ворох не вызывающих доверия тряпок и бросил на табурет.

– Пойду, всё-таки, в других комнатах посмотрю.
– направляясь к двери, сообщил он.

– А сколько их тут?

– Сейчас узнаем.

А я лежала и думала о том, что одна смена белья вопроса не решит. По крайней мере кардинально. Требовалось помыться, но говорить об этом постороннему мужику - было неловко.

Спустя минут пятнадцать, сосед по общежитию вернулся с какой-то плашкой в руке.

– Слушай, я еду нашёл - живём!
– оптимистично заявил он, - Только сперва помыться нужно. Белья, кстати, другого нет...