— Что? — я подскочил на кресле.

Мо сделала еще один глоток и задумалась.

— Я думала он сладкий.

— Ты путаешь напитки.

Очередной глоток и Мо снова причмокивает губами в поиске нового послевкусия.

— Перестань так делать! — рявкнул я.

— Делать как?

— Причмокивать губами.

— Я ищу новый вкус. Это помогает мне. Кончиками губ я ощущаю новый вкус. А здесь его нет. — Обиженно вертит хрустальный бокал в руках, словно притупил все её вкусовые рецепторы.

— Дегустатор чертов.

— Я хоть в чем-то разбираюсь. А ты даже в себе разобраться не можешь, грёбаный девушка-ненавистник.

— Сама то строишь из себя скромную и невинную. А за всей твой ангельской внешностью прячется омут чертей.

— Ха! Нашел чем удивить. Твои достижения, думаю, круче моих.

— Хамка!

— Теперь я понимаю, почему девушки бросали тебя.

— Это я их бросал, — я хищно улыбнулся.

— Нашел, чем гордиться, — хмыкнула Мо. — Наверное, книжечку завел и записывал за сколько удалось довести ту или иную девушку. Личный рекорд есть? — она стрельнула глазами.

— Две недели. И девушка бьется в истерике и уходит от меня.

— Вау! Красным маркеров, наверное, обвел, чтобы как открыть, так сразу в глаза и бросилось.

Мошель вспомнила о своем напитке. Разговор ее утомил. Мо сделала последний глоток и вновь причмокнула губами. Черт! Пускай прекращает! Я и так весь на взводе. А еще эти ее сладко-горьковатые губы. Я не смогу нежно их поцеловать. Страсть захлестнет меня, и я сделаю больно. Приятно, но больно.

— Невкусно.

— Только добро перевела.

— Купишь себе новый. И вы не повысили мне зарплату!

— Я плачу тебе больше, чем положено, за те три комнаты, что ты убираешь!

Вот… негодяйка! Черт, я даже оскорбить ее не могу! Другая девушка уже пожалела бы об этом!

— Вот поэтому я и ухожу от вас.

Остолбенев от услышанного, ни сразу понял, что Мошель сказала. Она уходит от меня?

Заметив мой ступор, Мо повторила свои слова:

— Я и ухожу от вас. И пока вы не нашли новую прислугу, я все уберу. А то зарастете в пыли.

— Ты больше получать нигде не будешь?

— А кто сказал, что я буду прислугой? Хватит! — Мо вскочила на ноги. — Связаться с очередным богатым придурком? Не дай бог! А вдруг какой старикашка? Вы молодой, хоть с этим повезло. А если попадется…?

Она ходила по моему кабинету и говорила. Говорила все и сразу. За столько лет в ней так много накопилось недосказанных слов, что сейчас они, как поток воды вышли наружу.

— Слушайте, у меня созрел вопрос, — она смотрела на меня раскосым взглядом, — вы за пару недель изводите девушке. А я у вас уже месяц работаю и ничего.

— Знаете, меня осенило!

Мо обошла мой стол и села на него прямо передо мной. Свои ножки она положила на подлокотники кресла.

Черт возьми! Только этого не хватало!

— Оплатите мою учебу в университете на четыре года вперед. Вы же хотели мне помочь. Так помогите, — прошептала Мо.

Что-то изменилось в ней. Больше не было той зажатости, скромности и неловкости. Появилась смелость, раскованность и уверенность во взгляде. Именно этим уверенным взглядом она возбудила меня до предела. Но я почему-то продолжал сидеть на кресле и ничего не делал.

— Поможете?

Ее приоткрытые губы призывали мои. Все внутри меня кричал: «поцелуй ее», но я оставался на месте.

— Ну?

Она ожидала ответа своим пристальным взглядом. А ее ножки, шаловливые ножки перебирались по моему телу. Иногда чуть сильнее, ее маленькая стопа давила мне на грудь, и я лишался воздуха. Но почти мгновенно она отпускала, и воздух быстрым поток входил в легкие.

Черт! Мне это нравится! Нравится ее легкая власть надо мной!

— Ответьте же мне, — шептала она, не разрывая зрительного контакта. Ее ножка, такая маленькая, касалась моего подбородка. Немного осмелел, я прикусил нежную подушечку на ее пальчике. Она вскрикнула и на мгновение прикрыла глаза, но быстро восстановила нашу зрительную связь. Я не уступал ей во взгляде и вместе с этим не упускал момента поцеловать каждый ее пальчик и прикусить нежную кожу.

— М-м-м, — Мо полностью закрыла глаза и поджала губы. Воспользовавшись моментом, я встал с кресла, схватил ее за бедра и придвинул к себе. Мо уцепилась за мои плечи.

— Мне хорошо в твоих объятьях. Они сильные и крепкие. А стоит тебе сильнее прижать меня к своему телу, как внутри все дрожит. Все тело вибрирует, а ноги подкашиваются.

Она открыла глаза и посмотрела на меня.

— Мне стоило бы извиниться за слова, сказанные на пристани, но они правдивы, и я не могу. И стоило бы сказать спасибо. Там я впервые почувствовала, как это больно, когда любимый человек предает, когда ты ему не нужна. И в тот же миг я поняла, с еще большей силой, что люблю. Я люблю вас…