Туман одурманивший меня с каждым словом развеивался. Он прав. Конечно, он прав. Но тело меня совсем не слушается. Боль внизу живота громче просила удовлетворить ее, чем здравый смысл в голове убедить.

– Лили, маленькая моя. Нам надо успокоиться.

– Понимаю.

– Тогда успокой свои шаловливые ручки. А то мои распояшутся. И тогда мы опробуем этот стол на прочность.

Усмехаясь, слезла осторожно с его колен и уселась перед Васильком на его стол.

– Сегодня ты прав. Не место и не время. Но это произойдет скоро.

– Согласен. Очень.

Шум торопливых шагов прозвучал где-то рядом с кабинетом. Василек прав. Не хватало, чтобы их снова кто-нибудь засек. Не охота снова решать проблемы, связанные с другими людьми.

– Пойдем прогуляемся по парку, - предложил Василек, когда успокоил свое дыхание.

– Пойдем. Надо подышать.

ВАСИЛИЙ

После прогулки мы с Лили купили себе по кофе и сидели на скамейке в парке. Лили неожиданно позвонили родители и попросили приехать домой как можно скорее. Она забеспокоилась. Потому что родители ей звонили и просили приехать срочно крайне редко.

Проводив девушку до такси, я отправился к своей машине, но меня остановил звук, пришедшего только что сообщения.

«Василий, зайди в мой кабинет. Сейчас же. И я вижу, что ты на парковке около универа!»

Оу!

Все эмоции отразились на моем лице. Не только у Лили новшества в поведении родственников. У меня тоже. Дядя ни разу до этого ВОТ ТАК не разговаривал со мной. Интересно. Где я та сильно накосячил?

Подхожу к кабинету ректору, а у самого немного бушует волнение. Интуиция орет благим матом, убеждая меня, что тут меня не хвалить будут. Понимая, что веду себя как мелкий пацан нашкодивший и желающий удрать в свой домик на дереве, решительно пошел к двери кабинета. На меня выскочила и чуть не сбила Меркель. Тьфу. Лили все же имеет некое влияние на меня.

– Ангелина Максимовна, здравствуйте, - вежливо здороваюсь, прям как в 18 веке. Особенно, если поклонюсь и руку поцелую.

Женщина же в ответ только фыркнула и отвернулась, словно я отброс общества, а не сын уважаемого адвоката города.

Оу!

Сегодня день преобразований? Если мне после этого позвонит Лили и скажет что-нибудь эдакое, то этот день необходимо будет запомнить и пометить в календаре.

– Василий Петрович?
– голос дяди вернул в бренный мир реальности.
– Заходи!

Оу! Оу! Оу!

Просто трижды ОУ! Ну ладно, думать раньше, чем нужно не буду. Дядя все выложит о чем думает и объяснит зачем позвал.

– И закрой дверь!

Закрываю дверь прям перед носом Ангелины Максимовны, у которой аж глаза загорели от желания узнать. Как меня будет отчитывать ректор? Придется старой деве приуныть. Не думаю, что ректор настолько на меня зол. Поворачиваю к дяде лицом. И уже сомневаюсь в правильности своего злорадства. Возможно все же ругать меня сегодня будут.

– Василий, - начало так себе.
– Ко мне только что пришел преподаватель и сообщил о не подобающем поведении. Твоем поведении.

Не понял. Что?! Эта старая мразота пришла к ректору и настучала на меня? Что она видела?

– Дядя, я не совсем понимаю о чем речь, - осторожно начал я. Как учил меня отец, на обвинение сразу отвечать не нужно. Нужно разузнать, что именно знает твой оппонент, чтобы с этим грамотно оперировать.
– Мое поведение? Я вроде голым по университету не ходил.

Пытаюсь отшутиться я. Но видя мрачное лицо дядя, моя улыбка сходит на нет. Не оценил, бывает.

– Мне сказали, что ты в стенах университета целовал студентку.

Целовал студентку.

Вспоминания сегодняшней встречи с Лили после занятий всплыли у меня перед глазами. Шаги. После того, как мы оторвались друг от друга. Черт. Нас застала чертова мымра, которая решила, что мы с ней пара. Серьезно, даже если бы не Лили, то я бы с ней ни-ни. Лучше Алиса, чем Ангелина.

– Эм, даже не знаю как начать.

– Сначала. Это правда?

– Да. Это была Лили. Та самая…

ЛИЛИ

Лечу на всех порах домой в панике, перерастающая в истерику. Что могло такое произойти, чтобы родители вызвали меня. Расплачиваюсь с таксистом и влетаю домой словно на метле.

– Ма, па, я дома.

Мама выходит растрепанная из кухни и радостно ко мне подходит и обнимает.

– Милая, прости. Но у нас проблемы. Точнее у отца. И ему очень нужна наша с тобой поддержка.

– Что случилось?
– отодвигаю мать от себя и заглядываю в ее лицо.