– Ага. Хорошо. Я успею, – сказал он. – Нужно собрать вещи, так что мне понадобится…

– Собирать вещи не нужно, мистер Стаффорд. Номер в вашем распоряжении на все время пребывания в Балтиморе. Я знаю, вы не ожидали, что поездка может затянуться, поэтому я взяла на себя смелость организовать для вас свежую одежду, включая носки и нижнее белье, – все это доставят в ваш номер сегодня, пока вы будете отсутствовать. Вещи будут ждать вас, когда вы вернетесь из Уиски Ран. Если необходимо воспользоваться услугами прачечной, оставьте одежду на кровати – ее постирают и отутюжат.

Билли отвел телефон от уха и уставился на него.

– Алло? Мистер Стаффорд?

– Прошу прощения. Да. Хорошо. Я спущусь через пятнадцать минут.

– Завтрак подадут в самолете, – добавила Венди. – А в лобби вас встретит человек, чтобы сопроводить в автомобиль мистера Игла. Это молодая девушка по имени Спенсер. Она закажет для вас кофе с двумя ложками сахара, как вы любите.

И голос на той стороне провода умолк. Ни здравствуйте, ни до свидания. Просто тишина.

Билли повесил трубку и скинул с себя одеяло. Он почистил зубы, чтобы избавиться от запаха кошачьего туалета во рту, лениво прополоскал рот и залез в душ. Он включил воду погорячее – так, что едва можно было терпеть, – и просто встал под струей. Затем наклонился вперед, уперся локтями в кафель и, прикрыв глаза, помочился в слив.

Ровно через пятнадцать минут Билли вышел из лифта. Чувствовал он себя отлично. На нем была привычная одежда: джинсы и футболка. В кармане остались пустой кошелек и мобильник, и плевать, что он посеял жетон в честь года трезвости. Зато на нем были его старые ковбойские говнодавы, которые, как Билли часто шутил, он любил почти так же сильно, как свою жену, а это значило, что все не так уж плохо. Сапогам нужны были новые подметки, но они приятно стучали о пол лобби и отлично на нем сидели.

Он увидел, что девушка, ассистентка ассистентки Шона, – как там ее зовут? – поспешно засеменила по лобби по направлению к нему. Господи. Вот убожество. Что за подхалимаж. Неужели так ведут себя все работнички Шона? Чего они так боятся? На что они надеются? Билли протянул руку, чтобы взять кофе из рук женщины, но даже не потрудился поприветствовать ее и ограничился кивком. Он больше ни разу в жизни с ней не увидится, и ему не нужно было, чтобы она провожала его до машины Шона: он бы все равно ничего не перепутал. Ему нужен был синий «бентли» настолько темного оттенка, что было легко принять его за черный. Перед ним и позади него находилось по джипу – без сомнения, это наряд охраны Шона. Девушка поспешно обогнала Билли и открыла перед ним заднюю дверь «бентли». Он скользнул внутрь. Шон говорил по телефону и жестом попросил его подождать.

Авто тронулось в ту же секунду, как закрылась дверь, заскользив по дороге так гладко и бесшумно, словно все это происходило во сне. А потом они наехали на яму в дороге, и это вернуло ощущение реальности. Шон пару раз равнодушно поддакнул, произнес «конечно-конечно», а затем попросил собеседника на том конце провода перезвонить ему. Он повесил трубку и ухмыльнулся Билли:

– Готов?

По правде говоря, Билли уже и не помнил, когда в последний раз был в таком предвкушении. Именно поэтому он позволил себе выпить прошлым вечером. Ему необходимо было расслабиться, иначе он бы ни за что не уснул. Неужели Шон правда это сделал? Неужели Шон наконец понял, как запустить Нелли? Билли полагал, что такое вполне возможно, но он бы ни за что не поверил, если бы Шон заявил, что сделал все сам. Шон никогда не был настолько хорошим программистом. Спору нет, он был хорош, Билли был готов признать это. Но если речь шла о том, чтобы создать язык программирования и разобраться в том, как воплотить в жизнь идею Eagle Logic, без Билли ему было не обойтись. И без Такаты.

Нет, все-таки Билли был лучше. Он честно мог в этом признаться. Таката был… Нет. Только благодаря Билли, отказавшись от Нелли, они с Шоном сумели запустить Eagle Logic. Если бы Билли ушел тогда, оставив Шона одного в самом начале пути, Eagle Logic бы не существовало. В конце концов Шон мог устроиться в Google или еще куда-нибудь, и его жизнь сложилась бы вполне успешно: он пробился бы в управление и разбогател к пенсии. Шон не был бы так богат, как сейчас, но он мог бы получать те же деньги, как и любой человек, у которого нет собственных идей и которому приходится работать на дядю. Шону хватило бы на это ума и харизмы, но он не был способен на большее. Не было бы ни Eagle Logic, ни Eagle Technology, ни официальной биографии, ставшей бестселлером и занимающей полки в книжных магазинах в аэропортах. Что там Нелли – Шон самостоятельно не додумался бы даже до Eagle Logic.

Ему и не нужно было: Билли сделал всю грязную работу и только потом ушел вместе с Эмили, просто подарив Шону то, что стало фундаментом будущей империи. Нет, не так. Билли не дарил Шону Eagle Logic. Шон забрал ее, а Билли остались жалкие крохи. И Эмили.

Поэтому, если бы Шон сказал Билли, что это он запустил Нелли и что он сделал все сам, Билли расхохотался бы ему в лицо и вернулся в Сиэтл. Шон ни за что бы не справился сам, но, в сущности, ему и не нужно было этого делать. В его распоряжении была целая компания: тысячи инженеров и программистов. Насколько Билли было известно, Шон собрал целую команду, которая годами надрывала задницы, тайно работая над Нелли. Eagle Technology была известна своей маниакальной тягой к секретности – тягой Шона к секретности, – так что Шон вполне мог последние десять лет вести тайный проект, центром которого являлась Нелли. Люди, работавшие над ней, возможно, даже не знали, что они делают. Шон мог обставить все так, чтобы одна группа работала над одним участком Нелли, а другая – над другим и никто из них не видел бы, как кусочки пазла складываются воедино.

Поэтому, когда Шон спросил его, готов ли он, Билли не знал, что и ответить. Он был в предвкушении. Если Шону действительно это удалось…

Но он хорошо знал Шона. Он знал, что, несмотря на все эти улыбки; кофе, ожидающий Билли в лобби; личные самолеты; корпоративную ложу, где можно посмотреть бейсбол, под всем этим скрывается все тот же Шон – лицемерный, неадекватный кусок дерьма, хранящий неизвестно какие тайны. За улыбкой всегда кроется что-то еще. Всегда есть что-то, что надежно зарыто.

Билли не стоит сразу раскрывать все карты. Нет, не нужно демонстрировать Шону свое нетерпение.

– Разумеется, – ответил Билли и замолчал. Всю дорогу до аэропорта они с Шоном проехали в полной тишине.

Самолет оказался до абсурда нелепым: пародия на богатство и статус нового поколения IT-баронов. Неужто Шон не понимает, как глупо все это выглядит? Внутри имелись посадочные места на двенадцать человек плюс, по словам Шона, спальня в задней части самолета. «Она не только для сна», – сказал Шон, подмигнув. Вот задница. Кресла были обшиты кожей, выкрашены в цвет полуночного неба, а пол покрывал мягкий бархатный ковер цвета бычьей крови. Остальные поверхности были выполнены из стекла и Eagle Titanium: обогащенный золотом металл почти мерцал в свете ламп. У обеих стюардесс были настолько высокие груди и белые улыбки, что Билли на мгновение подумал, что Eagle Technology начала специализироваться на производстве андроидов. Разве могут обычные женщины выглядеть так идеально?