— Хм, а вообще есть какая-то книга по обучению Императоров?

— Если бы.

Значит, мне нужно ещё раз пересмотреть память Оттона Шестого. Просто раньше было совсем не интересно копаться в его воспоминаниях, что могут быть ещё тем дерьмом кобылы. Мне нужны были только его союзники, а не традиции и законы. Займусь этим ночью, чтобы уже завтра с самого утра всё прошло без ошибок с моей стороны.

— Ладно, есть ещё что-то, что я должен знать или что-то, о чём я должен быть предупрежден?

— Не особенно, если честно, — сказал Флориан. — А если и есть что-то, то оно не очень важно.

— Угу, — только и протянул на это я. — Ладно.

— Мой Император, — обратился ко мне церемониймейстер. — Какой у вас герб?

— Мой герб, — задумался на секунду, а затем создал небольшую иллюзию. Это была книга. Сзади от неё был перекрещен меч и волшебная палочка.

— А цвет?

— Бледно-зеленый фон, меч и палочка бледно-красные, а книга жёлто-оранжевого цвета.

— Азиатская тема? — удивился немного церемониймейстер.

— Отлично, — кивнул Флориан, которому так-то было всё равно. Сделав небольшие записи в свой блокнот, он его спрятал. — Теперь точно не должно быть никаких вопросов. Или, может, у церемониймейстера есть что-то?

— Ну-у, — протянул тот. — Было бы важно огласить императрицу… Но можно и подождать, если нет никаких вариантов.

— Кхем, — прокашлялся Амел и улыбнулся. — Мой император. Вы подумайте, кто отлично подходит, чтобы стать императрицей. Да…

— Конечно, я подумаю, — кивнул ему с ухмылкой.

В дверь раздался стук. Все удивились.

— Пойду, гляну кто это, — сказал распорядитель. Он поднялся, а мы все превратились в слух.

Дверь открылась.

— Итак? — поинтересовался мужчина.

— Несколько людей хотели бы встретиться с Императором, — проговорил женский голос.

— Кто эти люди? — поинтересовался распорядитель.

— Журналисты.

— Хорошо, я сейчас спрошу у Императора, хочет ли он общаться с ними.

Закрыв дверь, распорядитель вернулся в комнату и посмотрел на меня.

— Там журналисты.

— Зови сюда, — кивнул ему и поднялся. Несколько заклинаний иллюзий легли на меня, создавая приятную личину для фотографий.

— Понял.

Журналисты вошли в номер примерно через пять минут и за это время церемониймейстер уже успел немного рассказать мне, как отвечать на некоторые вопросы, и о чем стоит говорить, а о чем лучше умолчать. Амел ничего не мог посоветовать, потому что он и так ничего не знает.

Журналистов усадили передо мной небольшим полукругом. Все они были из разных газет и разных стран. Вместе с ними были и фотографы, но они действовали предельно аккуратно. Несколько сотрудников отеля принесло дополнительные столики и стаканы, да графины с каким-то соком.

— Добрый вечер, друзья, — кивнул я журналистам, когда они наконец-то поудобнее устроились. — Как проходит ваш вечер?

В ответ мне было молчание, журналисты пока не решили, кто же будет их главным голосом, что будет задавать вопросы.

— Всё прекрасно, — ответила одна волшебница. — Меня зовут Гретта Тунгстенг и я от газеты «Политические Обзоры». Сегодня произошла ваша коронация, а затем сразу же произошло несколько интересных и важных событий для всего мира. Можете ли вы прокомментировать вассальные клятвы от Министров?

— Вижу с места и в карьер, да? — протянул я. — Вообще, ответ достаточно простой. Министры предоставили мне такой подарок. Кто я такой, чтобы от него отказываться?

— А вы не думаете, что, возможно, общество будет против? — спросила она.

— Тогда почему они выбрали такого представителя? — поинтересовался в ответ. — Клятвы совсем не двусмысленные. Будучи представителями своих стран, Министры посчитали, что это будет правильным решением стать моими вассалами вместе со всеми своими людьми.

— Это вызовет протесты и государственных структур, и обычных волшебников, — проговорила она. — Какова будет ваша реакция?

— Между протестом и мятежом грань очень тонкая, — ответил ей. — И устанавливаю эту грань я.

— Рикардо Гуиза, газета «Итальянский Дневник», — обратился второй журналист. — Вам не кажется, что всё это несколько притянуто за уши?

— Что именно? — спросил у него.

— Ну-у, что слова Министра – это слова всей нации? — уточнил он собственный вопрос.