– Панси, у каждого из нас есть идеалы. Они могут быть разными. Одним нравиться одно, другим другое, и не обязательно, чтобы этим двум сторонам нравились идеалы друг друга, -

серьезно сказала Саломея, присаживаясь рядом с девушкой. – Вот смотри, тебя воспитали в

идеалах чистой крови. Что-то в этом есть, хотя кое-что и упущено. Да, в магическом мире

очень много проблем. А знаешь, почему? – Саломея вдруг улыбнулась.

– Почему? – Панси не смогла сдержаться, заразившись настроением этой удивительной

однокурсницы, которая словно бы светилась изнутри, и хотелось находиться рядом с ней, чтобы все время чувствовать этот огонек, а главное, беречь его. Слизеринка даже не могла

понять, откуда появилось такое желание.

– Потому что не существует только белого и черного, Тьмы и Света. Нельзя забывать о

сером цвете, который может иметь огромное множество оттенков, также как и белый, и

черный. А между Светом и Тьмой лежит Тень. Не бывает резких переходов, всегда есть что-то между ними, надо просто это что-то увидеть, - сказала Саломея.

– Я беременна, - вдруг выпалила Панси.

– Кто отец? – тихо спросила Саломея. Слизеринка услышала в голосе девушки только

участие и сочувствие, никакого пренебрежение или ненависти.

– Тео, - прошептала Панси. – Теодор Нотт.

– Мне так жаль, - Саломея сжала в своих ладошках руки Панси. – Жаль, что вы не вместе. А

ребенок, это же прекрасно, Панси.

– Мерлин, откуда ты такая? – Панси со слезами на глазах смотрели на девушку, которая за

одно мгновение перевернула все с головы на ноги и подарила ей, меченой, свою

поддержку.

– Идем, пора что-нибудь засунуть в наши желудки, тем более тебе надо есть за двоих, -

потянула ее за собой Саломея.

Блейзу и Гермионе удалось утащить Драко в Большой зал до того, как Саломея спустилась в

гостиную, так что он теперь сидел мрачный и с каким-то остервенением размазывал завтрак

по своей тарелке.

– Драко, это завтрак, а не монстр, его не надо так вколачивать в тарелку, - насмешливо

произнесла Гермиона, которую Блейз усадил за слизеринский стол. Никто особо этому не

воспротивился, тем более гриффиндорка за последнее время больше времени проводила в

их гостиной, чем в гриффиндорской. Блондин поднял голову и исподлобья посмотрел на

второго старосту школы.

– Привет, - мрачно буркнул Рон и плюхнулся рядом с Дианой Гринграсс.

– Эээ, рыжик, а ты не ошибся столом? – слизеринка в шоке уставилась на парня, и, надо

сказать, не она одна.

– Я лучше позавтракаю здесь, чем в очередной раз выслушивать обещания этого хлыща о

том, что дочь вашего декана будет его, - мрачно выдал Рон.

– ЧЕГО?! – Драко подскочил на скамье.

– Эээ, Малфой, ты чего? – Рон удивленно посмотрел Драко. Восклицание блондина

привлекло к нему внимание всех, кто находился сейчас в зале.

– Кто положил глаз на Саломею? – вкрадчиво поинтересовался Малфой-младший, в упор

смотря на Рона.

– Поттер, - гриффиндорец несколько мгновений был в замешательстве, а затем чуть не

свалился под стол от разобравшего его хохота.

– Рон? – Гермиона недоуменно посмотрела на друга.

– Я сейчас умру, - продолжал хохотать рыжий парень. – Малфой, ты влюбился? – смех

прекратился мгновенно, и вопрос был задан вполне серьезно. Драко сразу же помрачнел.

Рон усмехнулся. – Вау, ты влюбился, с первого взгляда, я в отпаде...

– Рон Уизли, - прошипела Гермиона.

– Я, конечно, успел понять, что ты не такая уж сволочь, но чтобы ты мог вот так проявить

чувства... Я в шоке, - Рон пристально смотрел на мрачного Драко. И в этот момент раздался

серебристый смех и в Большой зал вошли две девушки – Саломея и Панси, которые над

чем-то весело смеялись. Рон наблюдал за выражением лица Драко и присвистнул. – Да, друг, ты попал!!!

– Что? – Драко недоуменно посмотрел на него.

– Говорю, попал ты... С одной стороны, Джереми Поттер, который положил глаз на вашу

черноволосую красавицу-фею, а с его амбициями..., - Рон многозначительно закатил глаза, затем продолжил. – С другой стороны, есть ваш декан...

– А причем здесь профессор Снейп? – не поняла Диана.