Шрифт:
? Вакумаллер — бытовой и\или технический вакуумный держатель произвольного размера и уровня силы сцепления.
? Деус — Центр современной Империи, одна из планет древней планетарной системы Тиамат в созвездии Козерога, вращающейся вокруг звезды Деус (HD 204313)
3. Нештатная ситуация
Сова. Имперский фрегат 27-313, класса A- IIV.
Уже много позже, потом, в тщетных попытках объяснить себе самому произошедшее Макар задаст еще много вопросов. Раз за разом он вспомнит детали, будет пытаться сложить в четкий пазл эти кривые осколки. Безрезультатно.
Почему не сработало оповещение о разрыве охранного контура безопасности корабля?
Датчики оптического и акустического обнаружения вдруг словно разом ослепли, оглохли.
Почему обратномагнитный щит пропустил инородное тело, а лучевой заслон ударил с минутной задержкой, фактически не сработав?
Почему, отчего и как вышло…
Но все это будет потом.
Все ответы когда-нибудь он, безусловно получит, Аверин известен своим, как говорили земляне, ослиным упорством и невероятной дотошностью. Он проведёт доскональнейшее расследование, поднимет все записи посекундно, выдвинет множество правдоподобных гипотез, большинство из которых сам же и опровергнет.
Позже.
А тогда, в короткое невероятно мгновение, новейшее космические судно класса A-IIV встряхнуло и словно маленький детский мячик швырнуло куда-то вперед.
С тихим стоном какой-то загробной тональности отключилась система искусственной гравитации корабля, тяжелым снарядом подкинув Аверина в невесомость и больно ударив о письменный стол.
Все твердые поверхности каюты должны были молниеносно свернуться, утопая в полах и стене, позволяя живым существам избежать неприятных физических травм, но… Это самое «все» вдруг почему-то сломалось.
Потирая ушибленное плечо, Мак прислушался к звукам.
Тишина. Пугающая и неуместная.
Потом снова гулкий удар, откинувший капитана на стену чуть выше кровати. Теперь он оказался готов, и удачно сгруппировавшись, лишь проехал спиной по пористой обшивке стены. Скольжение получилось не очень приятным. Хорошо еще, с давних лейтенантских времен Мак имел дурную привычку спать в отдельном, «постельном» комбинезоне, упругая поверхность которого с отвратительным звуком и затормозила их общий полет.
— Да что происходит, скажите?! — громко рявкнул уже очень злой капитан.
В эту секунду все системы оповещения как будто бы разом проснулись, мгновенно взбесившись. Вой аварийных сирен и дичайшая какофония всех звуковых спецсигналов буквально вынесла Аверина из каюты в холл капитанских аппартаментов.
Прекрасно, просто великолепно: пока громко не заорешь, контора не заработает.
Вот напрасно он после дурдома на Кеплер 1708 месяц жалел экипаж, освободив от учений и тренировок.
Там по собственной дурости, а еще общей страсти искать (и находить) приключения на все выпуклые части человеческих тел, они все подцепили грибок новомодный. Тогда еще не карантинный и малоизвестный. Эта гадость вполне симпатично подкрашивала кожу всех гуманоидов под настроение индивидуума. Получался такой человек — индикатор. Мрачный их боцман Стэм гордо блистал темно-синим, а Родий, их химик и вечный романтик — сладенько-нежно-розовым. Месяц потом все ходили по кораблю, очень громко страдая и тихо хихикая друг над другом. А потом еще все очень долго чихали…
И зачем он сейчас это вспомнил?
В хоре общего шквала звуков Макар четко услышал сигнал, возвещавший об экстренном переходе на аварийный источник питания, практически одновременно с ним тускло замигал красным светом экстренный вызов на «мостик», поданный старшим по вахте. И сразу погас основной энергетический контур, вырубив общее освещение и перейдя на его аварийную версию.
— Светлых мыслей, Аверин, у нас происшествие, — включилась общая связь и невозмутимый в любой ситуации Стэм сухо констатировал очевидное.
— Я заметил! — Макар огрызнулся. — Команду поднять и занять места по согласно позициям аварийного расписания. Что с контуром поля?
Всунув ноги в порядком уже подзабытые рамки утяжелителей он наконец застегнул на груди свой несчастный комбинезон, и сиганул в узкий желоб межсекционного спуска. Уже через несколько быстрых секунд капитан вынырнул прямо в рубке — стратегическом центре управления всем кораблем, его сердце.
Быстрый взгляд на развернувшиеся в воздухе прозрачные ленты галоинформеров, пестревшие показаниями датчиков внешнего контура безопасности.