Нам казалось тогда, что наши дерзкие детские мысли приводили их к нам, сквозь туманные леса и невысокие древние горы этого мира, позабытого на задворках галактики. Но взрослые отвечали, смеясь, что бабочки просто помнили запах “хозяев”, прилетая за щедрой наградой.

Запах? Не знаю, теперь не возьмусь с этим спорить, но одно лишь осталось бесспорно: эти маленькие проныры находили нас где угодно, принося коротенькие, но очень важные нам сообщения. Мысленно.

Фразу, длиной в один вздох. Среди них были те, кто мог передать даже письмо, пусть короткое, но вполне полноценное. Настоящие гении, им давали свои имена, и все дети особенно их ценили.

Прилетая, такой важный посланец садился на человеческую ладонь, плотно прижавшись всем пушистым тельцем к гладкой коже, прикрывал свои огромные темные глазки. Замирал на секунду-другую и вот уже прямо в сознание адресата легким, тоненьким ручейком полилось сообщение друга. И никто больше не сможет его получить, “письмо” вскрыть невозможно: при малейшей попытке насильно поймать маленького “почтальона” бабочка умирала, свято храня наши тайны.

А ведь жить они могли очень долго…

Эту посланницу, спрятавшуюся в нише стены, прямо у входа в купальню, я тут же узнала: пушистое черное тельце, покрытое крупными алыми выростами, сильные красные перепончатые крылья, кожистые черные лапки, покрытые редкими багрово-красными шерстинками, умное темнокожее личико. Флай, как мы ее единодушно прозвали. Тревожный посланник от Диля.

Что там еще может случиться?

Дружочек ты мой беспокойный, зачем?

Стряхнула секундное оцепенение, чуть растерявшись.

— Куста, мне надо остаться одной и подумать.

Я резко преградила путь ей в купальню, собой заслонив мою маленькую посланницу.

Старуха нахмурилась. Пришлось ей объяснить.

— Сегодня — самый важный день в моей жизни, ведь так? Обет — это очень серьезно. Мне нужен сеанс медитации, чуть позже ты можешь зайти и проверить. Или жаждешь опять подвести благодетелей Рейн? Алана тебя не простит.

Возразить было нечего и она нехотя отступила. Это я очень скоро покину и замок и все эти земли, а ей еще верно служить этому прайду. Можно лишь посочувствовать Кусте, наверное. У меня сделать это не получилось совсем.

Дождавшись, когда наконец затихнут громкие шаркающие шаги в коридоре, (ведь специально так топала, старая ведьма!) я сделала пару бесшумных шагов и кончиком пальца коснулась спинки пушистой малышки.

Бабочка тут же открыла глаза, улыбнулась и радостно промурлыкав приветственный клич вспорхнула ко мне на ладонь.

Еще в школе Красного круга нам часто рассказывали, что когда-то, еще первые поселенцы колоний привычно давали названия местной флоре и фауне, ассоциируя их со своей дальней Родиной. Говорят, бабочки на Земле выглядели совершенно иначе. Хотела бы я хоть раз в жизни увидеть далекую Землю. И бабочек, настоящих.

— Я тоже тебе очень рада! — почесав жесткую шерстку за нежными ушками я прошептала. — Бабочка плотно прижалась к ладони, передавая мне мысленное послание.

“Нес, все опять против нас. Меня заперли в замке, попробуй избежать невозможного!”

Прелесть какая… Ничего нового. Неисправимый романтик, мой маленький Диль. “Невозможное” очень даже возможно и нужно. Он сам-то понял вообще, что сказал? Ох…

Все долгие годы нашей с Дилем дружбы случались ужасные неприятности, все, как одна “чудовищные” и “невозможные”. Я привычно разгребала “катастрофические” последствия, это давно уже стало традицией.

Когда же он повзрослеет и перестанет сражаться с воображаемыми крылатыми крокодилами?

Можно подумать, что вырвавшись из заперти он сможет хоть что-нибудь изменить. Уговорит отца и весь правящий прайд оставить его подружку в покое, не отправлять на службу в пограничный монастырь или даже лучше: убедит братца Лу на мне срочно жениться. Тот неспешно как раз начинал подбирать кандидаток для выгодной партии, вот была бы потеха…

Смешно.

Кто они и кто бедные Рейны. Мой друг хоть и младший сын прайда Винк, да только их земли простираются на большую часть нашего континента, и белоголовых принадлежит им… не счесть.

И я, Нерис Рейн, дочь беднейшего из правящих прайдов. Я могла бы принести в дом супруга лишь знатную кровь, но вот незадача: отец мой женился. Младшим сестрам от брака с белоголовой светило лишь право учиться в портовой школе, если только… Да, если только я не уйду в монастырь, посвятив жизнь свою службе народу.

Еще у меня был титул “лучшая выпускница сто пятого Красного круга Золотой Академии” не дающий ни лака? в банковскую ячейку невесты. Только гладкий диплом и подшитую мехом болотного сома? красивую красную мантию. То еще приложение, если честно.

“Нет, Диль. Я ухожу добровольно и вполне осознанно. Пора нам обоим взрослеть” Хотелось добавить еще одну фразу: “Прости, мне хотелось остаться в твоей памяти светлым воспоминанием”, но зачем? Пусть сам все и додумает. Чего-чего, а фантазии Дилю хватало с избытоком, всегда. На всех его лучших друзей ее тоже хватало.