— Мне купил эту квартиру мой друг, — объясняет Сибилла. — Марсель — это так, для души.

— Отойди от него! — кричит Марсель.

— Спасибо, Сибилла. — Я беру за руки эту несчастную.

А ведь Сибилле не меньше тридцати пяти. Марсель явно моложе ее, моложе лет на десять. Выходит, друг, купивший квартиру, нужен для обеспеченной жизни, а неистовый Марсель — для души. Все правильно. Я целую хозяйке руку. Мы оба не замечаем Марселя. Тот же никак не может понять, что происходит.

Я подхожу к столику. Забираю свой паспорт, билет и подмигиваю Марселю, который все еще держит в руке пистолет.

— Спасибо тебе, Марсель. — Взглянув на часы, я иду к двери.

Уже слишком поздно — половина третьего ночи. Я поворачиваюсь, чтобы еще раз попрощаться, — и в этот момент слышу звон стекла. Мне слишком хорошо знаком подобный звон. Звон пробитого пулей оконного стекла. Я падаю на пол. И вижу словно в замедленной съемке: Марсель медленно оседает на пол и выпускает из руки пистолет. Первый выстрел пробил ему грудь. Кровь брызнула фонтаном. Потом прогремел второй выстрел. И еще один, и еще…

Сибилла пыталась закричать, но не сумела — так и стояла с раскрытым ртом, глядя безумными глазами, как убивают ее друга. Я лежал на полу и все видел. Четыре пули поразили Марселя. Он умер мгновенно.

Наконец воцарилась тишина. Сибилла молча посмотрела на меня. Я хотел что-то сказать — и вдруг услышал, как осыпается оконное стекло, осыпается на бездыханное тело Марселя.

В одном из трех автомобилей, направлявшихся в «Барбизон-Палас», сидели Дронго и Захар Лукин. Молодой человек, впервые оказавшийся за рубежом, к тому же выезжавший на задержание столь опасных преступников, явно нервничал.

— Если они еще в отеле, мы возьмем их прямо в номерах, — сказал он, обращаясь к Дронго.

— Возможно. — Дронго с невозмутимым видом смотрел в окно.

— Вы думаете, они вооружены? — не унимался Захар. Впереди, рядом с водителем, сидел помощник Вестергена, и Лукину приходилось сдерживать свои эмоции.

— Не знаю, — ответил Дронго. — Скорее всего нет. Хотя не исключено, что вооружены. Если у них имеются сообщники в Европе, которые могли бы передать им оружие.

— Это они, они убили в самолете Коропова, — предположил Лукин. — Возможно, убийцы — его сообщники. Они могли поспорить в самолете, и его убили.

Я даже могу сказать, кто эти двое. Наверняка француз и был тем самым «поводырем». Его послали в Европу искать Труфилова, а двое Других его сопровождали. Но в самолете они поссорились, и один из них…

— Зачем? — осведомился Дронго.

— Как это… зачем? — удивился Лукин. — Чтобы не делить деньги, которые им обещали за Труфилова. Все совпадает. Нам остается только их арестовать.

— Не получается, — вздохнул Дронго. — Немного не получается. Во-первых, французу за пятьдесят. Он староват для «поводыря». Но предположим, что возраст в данном случае не самое главное. Допустим, с ним отправили двоих, которым приказали ему помогать. И уже в самолете они ссорятся, так? Но такого просто не может быть. Если один из напарников прирежет другого, то первое, что он должен сделать, прибыв в Амстердам, — это бежать отсюда подальше. И не от голландской полиции, а от собственных друзей, которые найдут и удавят его. Им поручили важное дело, а они решили сводить счеты друг с другом? Тогда убийцу просто найдут и пристрелят за то, что сорвал такое важное мероприятие. Но предположим, что ты прав. Тогда получается, что и француз в сговоре с убийцей.

Ведь они снимают два номера. Номера — рядом. И вот еще что… В самолете как ты помнишь, эти двое тоже сидели рядом двое, а не трое, а ведь по твоей логике получается, что вся троица должна была сидеть рядышком, раз отправили на задание троих. Не сходится, Захар. Извини меня, но никак не сходится.

— Наоборот, все сходится, — не уступал Захар. — Наверное, полковник Кочиевский не доверяет французу и поэтому поручил одному из своих людей сидеть рядом с ним в самолете, чтобы присматривать за «поводырем».

— Зачем? — улыбнулся Дронго. — Куда он мог сбежать из самолета, совершающего рейс между Москвой и Амстердамом без промежуточных посадок?

Неужели выпрыгнул бы? Зачем сажать возможного убийцу рядом с «поводырем»? Не логично, ты не находишь?

— Но этот тип скрыл две свои судимости, — выложил Лукин свой последний козырь. — Вы же слышали, что сказал комиссар полиции.

— Слышал. Поэтому и еду вместе с вами. Чтобы проверить все обстоятельства на месте. Я не уверен, что мы на верном пути. Но в любом случае надо проверить все варианты.

Лукин хотел еще что-то сказать, но передумал — уставился в окно.

— Красиво, — сказал он, немного помолчав.

— Да, красиво, — согласился Дронго. — Здесь вообще очень красивые места. Тебе еще не повезло. Сейчас холодно. А вот в мае здесь потрясающе красиво. Просто сказка.

— Вы много путешествовали? — спросил Захар.

— Много, — кивнул Дронго. — Я как-то раз не поленился и посчитал.

Только в США был раз десять, а если сложить все мои путешествия, то получается, это я уже несколько раз облетел земной шар.