Штаны стрелка были в одной стилистике с бронёй и завершали целостность образа. «Стилистика», «целостность образа», откуда такие словечки? Тем ли ты по жизни занимаешься, Тродос?

Короче, я встал перед выбором: штаны под стиль брони с плюсом на защиту, либо штаны не в цвет, но с дополнительной опцией.

Плотные штаны воина. Требуемый уровень Митры — 4.

Защита +4.

Увеличивает наносимый урон от оружия ближнего боя на 10 %.

Увеличивает силу на 2. Только для класса воин.

Да хрен с ней, с этой эстетикой! Уж лучше получить прибавку к урону и увеличить шансы на победу в сражении, чем сгнить в стильном наряде.

А теперь к классовой прибавке. Во всей этой кутерьме с воскрешением, побегом и прятками я совсем забыл о новых характеристиках. Ведь ещё в повозке, когда Серна прочитала стих, я увидел надпись об увеличении силы, а сейчас на штанах. Значит, помимо здоровья, выносливости, прогрессов Митры и тёмной энергии, есть ещё по крайней мере сила, а скорее всего, там же найдётся и ловкость, и интеллект, и что-нибудь ещё.

Я пробежался глазами по полоскам здоровья, выносливости, просмотрел активные эффекты, задания и полученные знаки Митры, показателя силы среди них не нашёл. Полагаю, эти сведения откроются на более высоком уровне Митры. Посмотрим.

В добавок к броне и штанам я надел новый пояс на +3 к защите и сменил свой короткий меч, который валялся в сундуке у конвоиров вместе с остальными моими вещами, на полноценный меч Дрида. Пускай, у него не было дополнительных опций, но вместо прежних 24–30 урона я получил — 30–42.

Вишенкой на торце стал кинжал. Тонкая рукоять удобно легла в руку, указательный и большой пальцы упёрлись в гарду с рельефом змеиной чешуи. В предрассветное время салатовый отблеск на лезвии отливал ярче, чем днём.

Змеиный кинжал хорошего качества. Требуемый уровень Митры — 6.

Урон 35–45. Изготовлен из стали и серебра.

Накладывает отравление змеиным ядом. Урон от яда — 1 в секунду. Длительность — 10 секунд.

Я сомневался на счёт кинжала. Слишком контактная штука, чтобы использовать её, как основное оружие. В связке с «тёмным ударом» куда больше проку от чего-то покрупнее, чего-то, чем можно долбануть с размаху и на приличном расстоянии. С другой стороны, эффект от заклинания Гартеи «подавление тёмного» закончится через несколько дней, после чего я не смогу пользоваться тёмной энергией. Вот тогда-то змеиный кинжал пригодится.

Вернувшись к костру, я застал пробудившегося Ифи. Взломщик окинул меня фирменным надменным взглядом и едва заметно кивнул:

— Хм, неплохо. Больше не похож на проснувшегося под забором пьяницу.

— Ага, — я покрутил головой. — Где Мин?

— Час как за травами ушёл, — ответила Серна после долгой паузы. За ночь поэтесса пришла в себя и сейчас свежевала кролика, одного из тех, что вчера поймал Ифи.

— Всю ночь спать мешал, алхимик долбанный! — Ифи наморщил лоб и потрогал висок. — Голова из-за него трещит!

Спустя полчаса мы сидели у костра. Общий враг, клетка и страх перед смертью сблизили нас, но я не строил иллюзий. В Шэлес мы войдём раздельно и не станем договариваться о месте встрече. Скорее всего, крутящаяся на вертеле тушка кролика — наш последний общий завтрак.

Мина всё никак не отпускало. В одной руке он держал ножку кролика, откусывал и проглатывал, почти не жуя, вторая рука закидывала в котелок шляпки грибов, траву и болотную кашицу. Мин так пристально глядел в котелок, будто оттуда вот-вот появится джин.

— А вот это?! — сунул травник мне в руку мешочек с порошком.

Язвенный порошок (слабый). Требуемый уровень Митры — 1.

Урон 1–2. Вызывает жжение в желудке.

Изготовлен из специй и корня имбиря.

— Полезное?

— Смотря для чего, — ответил я. — Во всяком случае, оно отобьет у тебя желание возиться с зельями и травами. На какое-то время.

— Как это?

— Никак, — я бросил мешочек на землю. — Бесполезное.

— Ну чего пригорюнились, бедолаги?! — словно тамада на свадьбе проголосил Ифи, обгладывая косточку. — Хотите историю расскажу?

У костра витало еле заметное напряжение. Я тревожился, что нас могли заметить во время побега, и не исключал, что наши имена висят на доске разыскиваемых. Серна тряслась не только из-за этого, девчонка протестных взглядов притапливала за какой-то клан или орден Кипящей крови. Если верить словам Дрида: казнить её могли всего за несколько слов, порочащих честь Бирюзовых клинков, а у неё в загашнике имелся целый сборник обливающих дерьмом стихов. Даже погруженный в работу Мин каждый раз вздрагивал и прислушивался, когда речь заходила про Шэлес. Никто не хотел слушать историю Ифи, но разумеется, его это не остановило: