Шрифт:
Тогда она решила не обращать на них внимания. И сразу же невидимая полоса отчуждения пролегла между ней и игроками. Спины и затылки, затылки и спины.
«Они меня терпеть не могут, – заключила девушка и окончательно расстроилась. – А Ежов с ними заодно. Он меня стесняется. Вон уставился на своих оловянных уродцев и в мою сторону даже не смотрит».
– Чарч! – вдруг не своим голосом заорал Ежов и несколько раз бросил кубик.
– Вперед, ленивые скоты! Или вы хотите жить вечно?! – еще громче заголосил высокий темноволосый Володя и стал передвигать ряды солдатиков.
Одновременно с этим и остальные начали кричать и топать ногами. Юля вжалась в кресло. В этом гаме она чувствовала себя ужасно одинокой. «Он, – думала девушка, чуть не плача, – жестокий, холодный и равнодушный. Ему даже в голову не приходит, как мне плохо. Ну разве так можно! Ведь сам позвал, а я как дура пришла...»
Когда все кончилось, компания как-то очень быстро засобиралась.
– Юль! – Ежов наконец-то вспомнил о ее существовании. – Ребята в бар зовут. Может, пойдем?
Девушка была совершенно расстроена, ей было уже все равно.
– Как хочешь. – Она отвернулась.
Коля, видно, почуял недоброе и потому всю дорогу до бара они шли вдвоем, и Ежов подробно расспрашивал про курсы. Юля немножко оттаяла.
Бар «Желтый глаз» оказался совсем неподалеку. Юля огляделась. Все цивильно: и мебель, и стойка, и музыка. Она уселась за столик специально подальше от всех, а Ежов с ребятами отправился к стойке.
– Эй, цыпочка, потанцуй со мной!
Юля подняла глаза, и ее покоробило: к ней подошел парень – наглый, противный и довольно крепкий на вид. Ее всю передернуло – от него за версту несло потом и перегаром.
Девушка испуганно отвернулась.
– Чего испугалась? Или, может, я тебе не нравлюсь?
Он попытался схватить Юлю за руку, но не успел. Как из-под земли вырос огромный Димыч:
– Иди, мальчик, иди подобру-поздорову.
Рядом с Димычем стояли остальные. И Ежов первый. Он явно рвался в бой, набычился и раздувал ноздри. Но Кирилл и Олег крепко держали его.
Как ни пьян был парень, он сумел сообразить, что силы не равны, и понуро вернулся за свой столик.
– Надо столы сдвинуть, – предложил Кирилл и подмигнул Юле: – Во избежание дальнейших эксцессов.
Сначала Юля чувствовала себя не в своей тарелке: тот парень ее здорово напугал.
– Бедный мальчик! – Денис сокрушенно покачал головой. – Так влететь! Он-то героем пришел, а тут Димыч навис своей горой мышц.
– Кстати, по поводу нависания, – начал бородатый Леша. – Как-то в молодости работал я киоскером, газетки продавал, журналы. А был я уже тогда немаленький. Сижу себе в будке, книжку читаю. И вдруг мужик. Увидел он у меня на витрине наклейки в виде денег и давай орать: «Продаете тут всякую дрянь, чтобы бабок обсчитывать. Вас таких вешать надо!» Окошко у меня в будке открыто на треть. Снаружи и не разглядишь, кто внутри. Я не поленился, книжечку отложил, окно открыл, до пояса высунулся и над ним навис. «Ну, – говорю, – кого ты вешать собрался?» Мужик обалдел, он-то думал, там бабушка беззащитная. Стоит, рот открыл и на плечи мои смотрит. Потом к-а-а-к ломанется. Больше почему-то не заходил.
Юля представила себе, как этот Леша может нависнуть, и ей стало смешно.
В итоге все было классно. Парень еще несколько раз пытался вернуться, конечно, не один, а в сопровождении друзей. Но едва Димыч и Леша начинали подниматься из-за стола, как атакующие мгновенно отступали.
Юля не могла не признать: в обычной жизни новые Колины приятели оказались нормальными людьми, рядом с ними так спокойно. Когда они говорили не о солдатиках и не о войнах, ей становилось интересно. Они были неглупые и немало повидавшие. И все же для нее они так и остались чужими.
13
– Дорогой мой девятый «Б», – начал классный час Кахобер. – Я все понимаю: весеннее слабоумие вступило в свои права.
Ребята захихикали.
– Но давайте, – продолжил он, когда смех стих, – давайте сделаем последнее усилие. Останетесь вы в десятом или уйдете еще куда-то, все равно нужен последний и решительный бой.
– У-у-у-у… – пошел по классу недовольный гул.
– Нет, так не пойдет. – Кахобер покачал головой. – Мычать мы не будем, а будем думать. Вот послушайте, какова ситуация с оценками и перспективами попасть в десятый класс. – Он назвал имена тех, кто сможет остаться, и тех, кому лучше уйти. Потом еще немножко поагитировал взяться за ум и объявил: – И последнее. Пора решать с выпускным. Конечно, девятый класс – это не одиннадцатый, но какое-то празднество устроить надо. Ваши родители предлагают снять кафе. Но я думаю, что просто поесть-попить и подергаться, будет не очень интересно. Давайте пойдем в поход дня на два, с ночевкой. Там, вдали от посторонних глаз, можно устроить настоящий праздник.
– Лучше совместить, – предложила Лиза Кукушкина. – Сначала кафе, потом поход.
– Вариант, – кивнул Кахобер. – Подумайте, время еще есть, и через недельку мы к этому вернемся. Всем спасибо, все свободны.
Выходя из кабинета, Юля остановила Ежова:
– Я к тебе сегодня в гости приду. Ты не против?
– Да что ты! Конечно, за! Только я, это, лить должен.
– Ну и лей. – Юля махнула рукой. – Кто про что, а лысый про расческу. Вот задание к курсам сделаю и приду. Готовься.