Шрифт:
– Кара, - сказал Эргаш, - я буду ханом Коканда, а ты - моим первым визирем... Теперь понял, дурья твоя башка, для чего мне понадобилось знать, сколько у нас йигитов?
– Если вам потребуется, мой повелитель, придворный поэт, - хихикнул Кара-Каплан, - то у меня уже есть один на примете...
– Кто же это?
– Хамза.
– Как?.. Разве он в городе?
– Вчера его видели на базаре... Он, правда, ходит теперь в темных очках, но его все равно узнали.
– Надо сообщить Садыкджану. При теперешних властях он разорвет Хамзу на куски на центральной площади и отомстит сразу за все.
– Стоит ли беспокоить байваччу?.. Он сейчас вроде бы не в своем уме. Удалился в загородное имение с красоткой Зульфизар... Помнишь, как мы отняли ее у старика Ахмадахуна?
– Как не помнить...
– А красавицу Шахзоду помнишь?
– А где она?
– Там же, на даче у байваччи. Он ее держит взаперти.
Говорят, она совсем рехнулась...
– Нам надо как-нибудь поехать туда, захватить с собой девчонок и попировать, тряхнуть стариной.
– Обязательно поедем. А Хамзу поручим нашим джигитам.
Они разорвут его на куски не хуже байваччи...
Степан Соколов сказал Хамзе:
– Сегодня из Ташкента приезжает Ефим Бабушкин, делегат Шестого съезда РСДРП. Очень серьезный дяденька. Думаю, что в Ташкенте принято решение покончить с автономией.
Встречать Бабушкина пошли втроем - Соколов, Хамза и Арифджан Мирпулатов. По дороге к ним присоединились Шамсиддин Ибрагимов и Сафо Джурабаев. Теперь вся их группа была в сборе. Все были вооружены.
Бабушкин, по соображениям конспирации, вышел из поезда, не-доезжая до Коканда, на маленьком разъезде. Здесь они и встретились в домике железнодорожного обходчика.
– Расскажите коротко о политическом положении в городе, - попросил Бабушкин.
– Только самые свежие новости.
Рассказывали Мирпулатов и Джурабаев. Хамза, Ибрагимов и Степан Соколов иногда дополняли рассказы товарищей.
– Задача номер один, - энергично сказал Бабушкин, выслушав всех, восстановить роль и значение Совета рабочих депутатов. Задача номер два провести съезд союза трудящихся мусульман и противопоставить его "Шураи Исламия". Задача номер три - вооружить железнодорожных рабочих и взять под контроль вокзал и железную дорогу.
– Оружия совсем нет, - вздохнул Соколов.
– Будет. Завтра из Ташкента прибывает отряд красногвардейцев. Везут с собой триста винтовок... Кстати, с ними приезжает моя жена с дочкой. Помогите устроиться.
В конце декабря семнадцатого года Ефим Андрианович Бабушкин был избран председателем Кокандского Совета рабочих депутатов. Проходивший в эти же дни в Коканде съезд союза трудящихся мусульман принял решение о полной поддержке политической линии Совета. И первым поднял руку за эту резолюцию заместитель председателя союза Алчинбек Назири, заменивший убитого во время выборов в Учредительное собрание "красного" муллу Мадаминджанова.
Автономисты решили ответить на эти действия большевиков внушительной демонстрацией всего города. В один из первых дней января нового, 1918 года с утра к Урде - центральной площади Коканда - приблизилась огромная толпа, состоявшая в основном из представителей духовенства, купцов, чиновников, лавочников, торговцев и других зажиточных слоев населения.
Но часом раньше по призыву союза трудящихся мусульман и городского Совета площадь заполнили рабочие железной дороги, хлопкоочистительного и маслобойного заводов. Они, пройдя с красным знаменем от вокзала через весь город, стояли теперь около стены дворца бывшего Кокандского хана Худояра, под защитой пулеметов ташкентского отряда красногвардейцев, занявших дворец по распоряжению Бабушкина.
А напротив них под зелеными и голубыми бархатными знаменами мечетей толпились автономисты.
Глава мухтариата Мустафа Чокаев подозвал к себе военного министра Мехди Чанишева, спросил злобно:
– Где войска? Где Эргаш?
– Третий день ищем, господин премьер, нигде не можем найти.
– Как вы могли допустить, чтобы большевики заняли крепость?
– Еще вчера вечером, господин премьер, в крепости был только местный гарнизон. Вероятно, они вошли ночью.
– Кто разрешил?
– Бабушкин, наверное...
– Но вы же должны были постоянно влиять на солдат гарнизона.
– Их распропагандировали...
– Кто?
– Бабушкин, наверное...
– Вы понимаете, полковник, что сейчас здесь решается наша судьба? Если мы уйдем отсюда побежденными, я подаю в отставку. И тогда идея автономии Туркестана погибнет навсегда!..
Сделайте все, чтобы найти Эргаша! Пошлите всех имеющихся у вас людей во все концы города и скажите им, чтобы без Эргаша не возвращались!.. Я начну дискуссию с большевиками и буду вести ее до тех пор, пока вы не приведете сюда верные нам войска... Действуйте, и да поможет вам аллах!