— Они приводили вампиров, чтобы те питались от нас. Двоих, иногда троих, за ночь. Но во время кормления они пристально наблюдали за вампирами. Следили за тем, чтобы те не брали слишком много. Но мы все заметили в них перемену, когда те переставали питаться: они выглядели отрешенными, сумасшедшими. Как будто были под кайфом.

Оливер поднял бровь.

— Под кайфом? Извини, но вампиры не подвергаются воздействию никаких наркотиков. Ни человеческих лекарств, алкоголю, кокаину или героину. Ни травке, ни чему-либо другому.

Она кивнула.

— Я это выяснила. Но тем не менее, вампиры были накачены… нашей кровью.

— Невозможно.

Но только произнеся это, почувствовал, как его десны зачесались, указывая, что его тело жаждало крови… желательно Урсулы. Неподходящее время для проявления голода.

— Мы тоже так думали, но видели, что происходит. И потом, были и другие признаки: охранники никогда не пили нашу кровь, хотя и выглядели так, словно боролись с искушением. И они говорили о нас: какую ценность мы представляем, за сколько продавали нашу кровь клиентам. Сумма, которую они брали, казалась ошеломительной. Я понятия не имею сколько стоит унция кокаина, но охранники говорили, что наша кровь стоит больше. Ты спрашивал, как я сбежала. Охранника позвали на помощь в другую комнату, потому что один из клиентов сошел с ума… вероятно, результат нашей крови… и я воспользовалась временем, чтобы накормить вампира, который в этот момент питался от меня, большим количеством, чем следовало. Накачала его. Он потерял сознание, и я смогла сбежать.

Оливер внимательно слушал. Возможно ли вообще, что все произошло так, как она заявила?

— Никто не заметил твоего побега?

— Уверена, что заметили, но было слишком поздно. Я воспользовалась пожарной лестницей и бежала, пока не наткнулась на тебя.

Он прекрасно это помнил. Она поэтому была так близка к смерти, потому что заставила того вампира взять больше ее крови? Когда прокрутил в голове момент их встречи, то вспомнил, что слышал шаги вдалеке, но не стал проверять, кто приближается.

— Должно быть, они переехали, когда поняли, что я сбежала, и не смогли меня найти. Испугались, что приведу кого-то к их убежищу.

Оливер медленно кивнул.

— Здание выглядело слишком чистым для того района. Как будто кто-то позаботился замести следы. Кто руководил этим шоу?

— Не знаю. Кем бы он ни был, но никогда не поднимался на этаж, где мы жили… или где происходил процесс питания. На самом деле, я не думаю, что даже охранники знали его имя. У меня возникло ощущение, что стоящий за всем этим скрывал свое имя. И охранники его боялись.

Оливер должен продолжить ее расспрашивать, не потому что нуждался в большем количестве информации, а потому что желал отвлечься от своего голода. И чем больше она говорила о крови, тем сильнее ему хотелось вонзить в нее свои клыки.

— Что ты слышала?

— Что любого охранника сурово накажут, если девушка, находящаяся на его попечении, умрет, потому то он не остановил пиявку, взявшую слишком много крови. Охранники подозревали, что у их босса есть осведомители в здании, благодаря которым он был в курсе всего происходящего.

Вся эта история все еще выглядела странно. Но зачем ей придумывать?

— Почему только китайские девушки? У вампиров были предпочтения?

— Думаю, это как-то связано с нашей кровью. Почему у них всего около дюжины девушек, если могли захватить больше в любом большом городе? Это наталкивает на мысль, что наша кровь — редкость. Возможно, что-то генетическое или содержащееся в крови только китайских женщин.

«Кровь». Слово отдалось пульсацией во всем теле.

— Они когда-нибудь говорили, что у тебя особая кровь?

Она покачала головой.

— Только косвенно.

Оливер поджал губы.

— Не знаю, Урсула, история звучит фантастически. Но у меня нет возможности это проверить. — Он вздохнул. — Мне приказали купить тебе билет на самолет и дать достаточно денег, чтобы добраться домой. Дай мне повод нарушить эти приказы. Одно крошечное доказательство.

У нее внезапно перехватило дыхание.

— Деньги. Конечно! — Затем она положила ладонь на его руку, и от этого прикосновения по его телу пробежал жар, усиливая голод. — Оливер, подожди, подожди! У меня есть доказательство!

Его имя, слетевшее с ее губ, заставило пожар внутри разгореться жарче.

— Это еще не все. Как я могла забыть? Мне удалось украсть бумажник одной из пиявок, когда он с охранником отвлекся.

— Почему ты не сказала Зейну об этом раньше?

— Зейн чертовски меня испугал! Я не могла ясно мыслить, когда он на меня смотрел.

Оливер нахмурился.

— Он оказывает такое влияние на людей.

— Так много всего произошло за последние двадцать четыре часа. Я просто не подумала. — Когда он вопросительно посмотрел на нее, Урсула продолжила: — Я планировала при возможном удачном побеге в будущем воспользоваться деньгами и картами из кошелька, чтобы добраться домой. Я спрятала его в своей комнате. Имя на кредитках приведет нас к одной из пиявок. Вам нужно будет только расспросить его, и вы поймете, что я говорю правду.