Я была счастлива не только потому, что видела его чаще, а потому что он хотел видеть меня чаще, и он был мужчиной, готовым пойти на такую жертву ради меня.

— Шерил придется довольствоваться «вторым пилотом» по будням, — пробормотала я, думая, что это сработает для нее, потому что она скорее всего большую часть выходных работала.

— Что? — спросил Бен.

— Ничего, — ответила я.

— «Вторым пилотом» Шерил? — настаивал он, и я сжала губы, потому что у меня было ощущение, что Бен был больше похож на Колта и Кэла. — Фрэнки, — подсказал он предупреждающим, не хриплым, сексуальным, посторгазменным тоном, а рычащим, сексуальным, выходящим из себя, посторгазменным тоном.

Да, Бенни явно больше походил на Колта и Кэла.

Так что произнесла:

— Шерил попросила меня быть ее «вторым пилотом».

— И ты согласилась? — Спросил Бен, словно я сообщила ему, что Шерил попросила меня помочь ей взорвать канадское посольство.

— Ей необходимо потрахаться, — объяснила я.

— Видел ее, думаю, она может совершить этот подвиг самостоятельно, — отрезал Бен.

— Каждой девушке нужен компаньон — «второй пилот», Бенни, — выпалила я в ответ, мой голос тоже больше не был хриплым после оргазма, в основном потому, что я немного разозлилась.

— Возможно. Просто ты ей не пара, — заявил Бенни, и я вроде как перестала злиться.

— Почему?

— Тебе и твоей заднице, волосам, ногам, сиськам и улыбке не нужно ходить по пятам за чертовой Шерил, привлекать к себе внимание и попадать в неприятности.

— Бенни Бьянки, неужели ты думаешь, что через миллион лет я сделаю что-нибудь, чтобы поставить под угрозу данное тебе обещание? — огрызнулась я.

Бенни на мгновение замолчал, прежде чем тихо спросил:

— Данное мне обещание?

— Ага, — прошипела я. — Обещание, данное тебе.

— Детка, я — твой. Как я могу быть обещанием? — спросил он, теперь осторожно, и у меня внутри все сжалось от этого «я — твой».

Но все же.

— Каждый день — это новое обещание, Бен, — резко заявила я ему. — Каждую ночь я ложусь спать, зная, что это обещание, каждый день я просыпаюсь, зная, что каким-то образом оно будет выполнено. И повторяю. Надеюсь… навсегда.

— Фрэнки, — прошептал он, но не продолжил.

Я проигнорировала глубину его шепота, заявила:

— Так что не говори мне, что я не могу прогуляться с Шерил. Она забавная. Раздражительная, но милая. Думаю, Вай не подпустила бы ее близко к себе и девочкам, если бы у нее не было золотого сердца, хочу сказать, что Кэл тоже бы не подпустил. Итак, у меня осталось два месяца в Бурге. Все время, что я здесь прожила, мне казалось, что я нахожусь в подвешенном состоянии — без дома, вдали от всех, кого люблю, в первую очередь от тебя, и это действительно было не очень приятно. Так что я собираюсь куда-нибудь сходить повеселиться с одним из немногих людей, которых знаю, и ты не должен меня останавливать.

— Хорошо, детка.

Я снова уставилась в свою подушку.

— Хорошо?!

— Да, сходи куда-нибудь повеселиться.

— Вот так просто? — с сомнением спросила я.

— Ну, да, — ответил он.

Я не поверила.

— Означает ли твое согласие, что ты тоже поработаешь «вторым пилотом» какому-нибудь своему знакомому, пока меня не будет?

— Франческа, когда у меня есть для этого время? Я работаю, а когда не работаю, моя задница с тобой.

О да.

Верно.

— Но, ты хочешь сказать, что ты можешь, а я не могу? — продолжил Бен.

— Ты горячая штучка, — отметила я. — Девушки любят таких сексуальных.

— Надо сказать, что ты тоже не уродина с задницей, — ответил он.

Должна была признать, что это было правдой.

Он продолжил:

— И ты думаешь, что через миллион лет я сделаю что-нибудь, чтобы поставить под угрозу данное тебе обещание?

Боже.

Бенни.

Внезапно я совсем перестала злиться.

— Нет, — прошептала я.

— Я не Энцо, — заявил Бен.

— Знаю, что нет.

— И ты не Нинетт.

— Знаю.

— Так ты закончила меня бесить? — спросил он.

— Думаю, что да, — ответила я. — Но хочу отметить, что ты это начал.

— Черт, — пробормотал он.

— Между прочим, жених Нинетт бросил ее, — сказала я ему, чтобы сменить тему.

В ответ не услышала никакого ответа.

— Она направляется в Чикаго, пытаясь найти место, где могла бы зализать раны, — поделилась я.

— Это точно не у меня, — твердо заявил Бен.

Я знала, потому, что просто знала, поэтому улыбнулась.