Я приподнялась и поцеловала его.

Бен подвинул нас на диване так, что оказался сверху и поцеловал меня в ответ.

Потом занялся любовью.

После этого Бен прижал меня к себе, я отключилась, пока он смотрел игру.

* * *

Позже мы вместе приготовили ужин и посмотрели фильм.

А еще позже, прежде чем лечь спать, я стояла в ванной в ночной рубашке и смотрела на себя в зеркало.

Я видела то, что видела всегда, но совсем по-другому.

Человека, получившего любовь, верность и защиту. Человека, получившего все это, потому что смогла вернуть саму себя. Видела человека, которым всегда была, но никогда не видела себя такой.

И женщина в зеркале передо мной была прекрасна.

Я перевела взгляд со своего отражения на Бенни, одетого в светло-голубые пижамные штаны, приближающегося ко мне.

Он наблюдал за мной в зеркало, приближаясь, но потерял из виду, прижавшись к моей спине, обняв за талию, уткнувшись лицом мне в шею.

— Ты как? — он коснулся кожи на шее.

Я скользнула ладонями по его рукам, удерживая их на себе, отвечая:

— Хорошо.

Он обнял меня и пробормотал:

— Иди в постель.

Бенни должен был выполнить еще одно обещание в этот день.

— Хорошо, детка, — прошептала я.

Именно тогда мне довелось пережить вторую часть этого дня — лучшую. Может она была связана с первой частью. Заняться любовью с Бенни Бьянки, а потом заснуть с ним рядом. Услышать его глубокий и непринужденный голос, пожелавший мне спокойной ночи. Отчего я погрузилась в спокойный сон, зная, что завтра проснусь рядом с Бенни и всеми удивительными обещаниями, которые он обязательно сдержит.

— Не выходи из своего офиса, — приказывал Бен следующим утром, пока вез меня на работу, он все время командовал, пока я собиралась на работу. — Я буду у тебя в вестибюле в полдень, чтобы повести тебя на ланч. Ты не задерживаешься. Я буду ждать тебя у входной двери в пять. Буду поддерживать связь со Старком. Если они не «забьют гвозди в крышку гроба» сегодня, то завтра мы проделаем то же самое.

— Хорошо, Бенни, — ответила я, понимая, что ему просто необходимо, чтобы я слушалась его, не спорила и ни к чему не придиралась, заметив его нервозное состояние. И то, что он трахнул меня жестко и по-быстрому, совсем не уменьшило его нервозности. Я поняла это, когда он прихватил с собой пистолет, засунув его в бардачок перед тем, как мы отправились на работу.

— Никаких разговоров, просто сиди и работай. Даже не смотри на Бирмана, если в этом нет необходимости, — продолжал Бен, как будто я ничего не говорила.

— Хорошо, малыш.

Бенни замолчал.

Я посмотрела в его сторону.

— Как ты? — тихо спросила я.

Он взглянул на меня, затем снова на дорогу, прежде чем пробормотать:

— Проснулся с дерьмовым предчувствием.

Великолепно.

— Все будет хорошо, — заверила я его, надеясь, что так и будет.

Он ответил не сразу, когда ответил, то только сказал:

— Да.

Но я поняла, что он не верил в это.

Поэтому промолчала. Просто протянула руку и сжала его бедро. Когда хотела уже убрать руку, он схватил мою руку, переплел пальцы и прижал ее к своему бедру.

Наконец-то у меня наступила хорошая жизнь, и было бы эгоистично желать большего, но я хотела, хотя, конечно, не круто с моей стороны, но я хотела бы каждый день ездить на работу с Бенни Бьянки, держащим меня за руку.

Остаток пути мы оба погрузились в свои мысли, храня молчание, пока Бен не подъехал к входу в «Уайлер Фармасьютикалз». Он отпустил мою руку, чтобы поставить свой внедорожник на стоянку.

Я повернулась к нему, он уже смотрел в мою сторону.

Он опередил меня, когда сказал:

— Люблю тебя, Фрэнки.

Я улыбнулась ему, наклонилась в его сторону и прикоснулась губами к его губам, прежде чем отстраниться на полдюйма, ответила:

— Я тоже люблю тебя, Бенни.

Ответная улыбка не коснулась его глаз, поэтому я подняла руку и коснулась его лица, прежде чем сказать:

— Увидимся за ланчем.

— Ага.

— Хорошо тебе провести время с Гасом.

Он покачал головой, но улыбка заиграла в его глазах, когда ответил:

— Будет сделано.

— Ты не хочешь позвонить Кэлу? — спросила я, думая, что провести время с Кэлом, вернувшимся из своего медового месяца, было бы хорошим способом отвлечь его от темных мыслей.