— Шериф, подвезите меня, ладно? У меня немного болит голова.

— И меня, — вставил Франт. — Такси так и не приехало.

Лейни фыркнула. Отлично известно, что Марио ненавидел звонки после десяти вечера. Она повернулась и попыталась разгладить мокрое платье.

— Спасибо, Мэтт.

Он выключил свет и шагнул вперёд, чтобы взять Лейни за руку, чтобы увести в жилые помещения.

— Я ничего не делал.

— Ты спас меня.

Он остановился у двери.

— Если бы я спас тебя, этот парень был бы сейчас мёртв.

От резких слов у неё по спине пробежали мурашки. Она прислонилась к двери, голова, наконец, перестала кружиться.

— Зачем ты встречаешься с шерифом? — Мэтт ни за что не захотел бы, чтобы кто-то другой защищал их.

— Надеюсь добраться до его компьютера. — Мэтт вздохнул. — Извини, что не поймал парня.

— Почему ты так строг к себе?

— Нет.

Молния описала дугу за окном коридора, осветив резкие черты лица Мэтта. Воспоминание о том, как он шёл за ней сквозь бурю, навстречу пулям, будто они не могли причинить ему вреда, просочилось в голову. Он был сосредоточен на ней и ни на чём другом.

Она запустила руки под его мокрую рубашку, приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его рту. Мэтт резко вдохнул и обхватил большими руками её плечи, чтобы прижать спиной к двери. Лейни моргнула. Неприкрытый голод блестел в его глазах.

— Подожди. — Низкий, гортанный тон лизнул прямо по коже, раздвигая бёдра.

Лейни полу прикрыла глаза, когда желание захлестнуло плоть. Дыхание стало переоценённым.

— Нет. Никакого ожидания.

— Лейни…

— Я хочу тебя, Мэтт. Настоящего тебя… всего тебя. — Между ними больше не было секретов.

— Ты не понимаешь, что говоришь. — Звук его голоса напоминал звон гравия в бетономешалке… грубый и готовый.

— Знаю. — Она вырывалась, пока он не ослабил хватку настолько, что Лейни смогла протянуть руку и запустить пальцы в его волосы. — У нас нет вечности. Чёрт, возможно, у нас есть только эта ночь. Но я хочу этого. Только ты и я — настоящие мы. — Когда в последний раз она позволяла кому-то узнать себя? Хорошее и плохое? Мысль о том, что у них мало времени, придавала остроту моменту. Остроту желанию. Что-то вспыхнуло к жизни внутри Лейни, заполняя пустые места, о существовании которых она и не подозревала… пока не встретила Мэтта. И он наполнил их.

Он облизнул губы, и у неё колени ослабли. Затем его взгляд опустился на её рот, и тёмные крапинки в его серых глазах стали почти чёрными.

— Я отлично умею притворяться. Настоящий я? Ужасный и уж точно, чёрт возьми, не нежный.

— Я не хочу нежности. — Рискнув, она вырвалась из его удерживающих рук и прижала мокрое платье к его разгорячённому торсу. — Я просто хочу тебя.

Его твёрдое тело содрогнулось, пока он боролся с желанием, которое она видела на его лице.

— Нет…

— Да. — Усилив хватку, она потянула его за волосы и завладела ртом. Он сопротивлялся всего секунду. Со стоном Мэтт стряхнул её руку и развернул Лейни лицом к двери. Обняв одной рукой за талию, другой он скользнул вверх, чтобы приподнять её подбородок. Она прижала обе ладони к гладкому дереву. Его эрекция прижалась к ягодицам Лейни, а он заставлял её выгнуться. Лейни не могла пошевелиться.

Огонь пронзил тело, что Лейни ахнула.

— Хочешь настоящего меня? — Его горячее дыхание опалило ухо, тон был тёмным и реальным. Подношение… капитуляция.

— Да, — выдохнула она, желая его всего с таким отчаянием, что царапала ногтями дверь. Он стиснул ногу Лейни, задирая платье вверх по бедру. Она беспокойно подвигала задницей, прижимаясь к нему, ища хоть какой-то намёк на облегчение.

— Нет. — Он сжал другой рукой её бедро, удерживая неподвижно, а тон был полон страсти. Его рука продолжила движение вверх, по животу, между грудей, задирая материал. — Руки вверх.

Лейни замешкала, в голове всё плыло, слова едва обретали смысл.

— Н-но, мы в коридоре.

— Живо. — Приказ, которому нельзя сопротивляться.

Эротическая дрожь пробежала по спине. Медленно, она провела ладонями по двери, и Мэтт стянул платье через голову. Её груди оказались свободными.

— Нет бюстгальтера? — спросил он, опустив рот к её уху, и стискивая запястья, которые находились над головой.

Она сглотнула и подавила всхлип.

— В платье… есть чашечки.

— Ах. — Он сплёл их пальцы и крепко прижался к её спине, захватывая жаром и неподатливыми мышцами. В нём не было ничего нежного… он предупреждал. Его хватка была уверенной и контролирующей. И она знала, всеми инстинктами, что он только начал. Лейни высвободила что-то внутри него, и сделала это намеренно.