Тем не менее, Буглур с этим ничего поделать не мог. Ему оставалось бы доживать свой век в небольшом лагере близ Зачарованного леса, вот только…

Скверна вернулась.

Последнее поселение эльфов и гномов, неподалёку от границы королевства Дарран, каким-то образом оказалось охвачено этой мерзостью. Несмотря на то, что прошло более двадцати лет, Буглур отлично помнил, как эта зараза влияет на людей и животных. А с учётом того, что разведчики докладывали, что она постоянно разрастается, он просто обязан был покончить с нею. Достаточно ли было убить всех носителей — животных? Ответа на этот вопрос у Буглура не было, но он достаточно сидел на месте. Всё или ничего. Если ему суждено умереть, так и не обретя смысл своей жизни, то так тому и быть.

За день до назначенного похода к ним в лагерь явилось пятеро подростков. Их глава, как он представился, Хэл, сразу начал действовать на нервы командиру гарнизона. Его длинные белые волосы, затянутые на затылке резинкой, слишком сильно напоминали ему Элайзу, а самодовольное, наглое выражение лица способно было вывести из равновесия любого.

Совершенно неожиданным оказалось то, что он был учеником волхва, да ещё и того же, у кого в своё время обучался сам Буглур. Тем удивительнее было то, что он отказался помочь им справиться со скверной, хотя до этого помог разобраться с зельями Идриса, их погибшего лекаря.

Некий магический ингредиент, который парень показал Буглуру, не вызвал у него никакого интереса, так как он давно не практиковал, и полагался больше на физическую силу и верный меч, поэтому он отмахнулся от него, практически не обратив внимания.

С грустью провожал он взглядом беловолосого парнишку, так похожего на него, но не готового сразиться со злом даже ради своих близких, принявших решение отправиться с Буглуром.

Спустя полчаса после того, как они расстались, Буглур, во главе своего отряда и четырёх подростков — учеников волхва, стоял напротив пещеры, из которой порой выбирались животные, поражённые скверной.

Не медля, он повёл отряд внутрь.

Буглур лишь хмыкнул, когда одна из учениц волхва создала над отрядом несколько огненных шаров, освещая им путь.

Даже в кошмарном сне он не мог представить того, что увидит, выйдя из пещеры в подземное пространство.

Сотни, тысячи разнообразных животных — огромных птиц, львов, волков, обезьян и даже лошадей были поражены скверной и изменены до неузнаваемости. Когда Буглур и его небольшой отряд вошёл внутрь и Тара осветила пространство чуть дальше, они увидели всё это скопище, пожирающее убитых ранее учениками волхва животных… Вернее, они пожирали их до того, как свет попал на животных.

Раздалась отвратительная какофония — все животные издали нечто, напоминающее рёв, сопровождающийся высоким визгом птиц, и устремились на прибывших людей.

Буглур не мог отдать приказ об отступлении. Пещера была слишком узкой, и звери настигли бы людей и перебили бы их поодиночке. Поэтому он приказал им выстроиться в боевое построение.

Начался бой.

Первую волну атаки им удалось выдержать, благодаря исключительной дисциплине и работе в команде. Каждое сунувшееся вперёд животное (а они бежали в беспорядке, и отдельные особи далеко опережали остальных) получало в своё тело сразу несколько мечей и погибало мгновенно.

Девица с луком поражала животных стрелами издали, и многие не успевали даже добежать до людей. Огненно-рыжая же девушка осыпала их огненными шарами, благодаря чему пространство заволокло едким запахом горелой шерсти и мяса.

Казалось, так может продолжаться бесконечно, но нет. Животных было слишком много, и когда основная их масса приблизилась, стало очевидно, что все их потуги похожи на то, что они пытаются потушить огромный костёр, плюясь в него.

От построения не осталось и следа — каждый в отряде сражался с двумя, а то и с тремя животными. Буглур прыгнул вперёд, пытаясь отвлечь на себя как можно больше животных, и сражался одновременно с пятью. Тем не менее, вскоре они потеряли первого воина.

А затем второго.

И третьего.

Скверна не смогла захватить их тела, поскольку звери мгновенно убивали людей одним лишь точным ударом.

Буглур многократно превосходил своих солдат в военном деле, что в конечном итоге сослужило ему плохую службу.

Очередной выпад исполинского льва, чья голова была покрыта чёрной слизью, должен был достичь цели — лица Буглура, и увернуться он не успевал. В итоге он принял удар лапы на левую руку, правой вгоняя ему меч в разинутую пасть.

Мгновенная вспышка боли и фонтан крови, бьющий из обрубка прямо напротив лица Буглура, быстро заволокла завеса чужого сознания. В открытую рану проникла скверна.

Солдаты Буглура, каждый сражающийся со своим грозным противником, не сразу заметили перемену в поведении своего лидера, а когда заметили, было уже поздно. Могучая фигура командира гарнизона обернулась к своим солдатам. Его массивный двуручный меч, порхал в его руке. Меч был тяжёлым, и не каждому дано управляться с ним даже двумя руками, но мощи в Буглуре было столько, что даже одной рукой он управлялся с мечом гораздо быстрее, чем кто-либо в его отряде. С каждым взмахом его меча в воздух поднимались части человеческих тел, чаще всего головы.