В коридоре, запнувшись о собственные ноги, чуть не упал Ноэль. От неуклюжести не спасут даже исправные протезы, но это не такая уж большая беда, если рядом Маргарет. Она может ворчать хоть до бесконечности и всё равно поддержит, поможет встать, обработает повреждения и привычно повторит, что надо быть внимательнее. Он будет. Не к себе.

— Аккуратнее. — Мэгги подхватила его под локоть.

— А если не получится? — с беззаботной улыбкой спросил Ноэль и увернулся от чисто символического щелчка.

— Буду носить тебя по базе на руках, как… Как там это раньше называлось? Как принцессу.

— Это несправедливо, — протянул, нахмурившись. — Почему только ты меня носишь?

— Всё-таки в прошлом у меня не было выбора. А вот сейчас опасаюсь, что в один прекрасный момент мы оба упадём. И закончится это чем-то нехорошим.

— Возможно, только твоё наличие на руках позволит мне вспомнить, что такое аккуратность.

Маргарет в ответ усмехнулась и махнула рукой. Всё равно они оба знали, что дело не в страхе свернуть шею, а в том, что надо долго тренироваться, если хочешь поднять киборга. Ноэль себя вернее травмирует в процессе слишком интенсивных тренировок.

Она пошла дальше. Он продолжал стоять, задумчиво смотря в спину. Ведь если чувства у базовых андроидов стали реальностью, пусть пока в вид одной Эрики, значит, и для киборгов не всё потеряно? И можно надеяться, что его чувства к Маргарет станут взаимнее? Если подумать, она так и не успела узнать, что значит ощущать эмоции в полную силу. Ноэль улыбнулся и нагнал её, на удивление не споткнувшись снова.

— Мэгги, а вот будь такая возможность, ты бы хотела пробудиться окончательно?

— Тогда я буду ворчать на тебя ещё чаще.

— Хоть до конца жизни! И всё же?

— Когда будет возможность, тогда и спрошу тебя, не передумал ли.

Маргарет остановилась и подтолкнула Ноэля к стене, ограничила пути побега, расположив по сторонам руки. Серые глаза встретились с синими. Обычно милая лёгкая улыбка стала коварной, почти хищной. Ирбис снова поймал свою добычу. И всё-таки Ноэль оставался спокойным, ведь знал: хищник перед ним совершенно ручной, каким бы ни пытался казаться грозным и строгим. Поэтому можно без всяких опасений потереться о сильную руку и даже поцеловать в прохладный нос. Не передумает. И даже сам постарается приблизить возможность.

Другого киборга Илен отпустила только у самой комнаты, зато он не захотел отпускать Римму, отправив кузину снова нянчиться с ребёнком. Они прошли внутрь, и пока Римма в недоумении молчала, Шон искал что-то в ящике стола.

— О, нашёл. — Он протянул фотографию.

Рыжая-рыжая девочка, растерянно озирающаяся среди людей. В бездонных глазах только зародились первые искры ясных чувств. Прижатые к груди руки, закушенная губа. Первая встреча в космопорте.

Шон подхватил на руки Римму и, плюхнувшись в кресло, устроил её у себя на коленях. Обычно она бы смущённо сказала что-то против, но сейчас слишком увлеклась рассматриванием снимка. Явно старого и всё же без единой помятости.

— Зачем ты тогда меня сфотографировал?

— Увидел нетипичную реакцию и подумал, что надо взять на заметку. Думал потом снова пересечься, зная код ведь найти не проблема. Потом заметил, что ты вот-вот расплачешься… И не смог пройти мимо. А ты всё равно расплакалась.

— Не умею я при тебе чувства сдерживать… Но зачем ты хранишь снимок?

Шон посмотрел на Ри-Эм, потом на Римму и с улыбкой ткнул её пальцем в грудь.

— Вспоминать, что внутри тебя всё ещё спрятана та самая растерянная плаксивая девочка, которую надо защищать и утешать. И которая совсем раскиснет, если снова окажется одна.

— Эй, я больше не теряюсь! — возмутилась Римма, скрестив руки на груди.

— Знаю. Сейчас ты — огонёк, который позволяет не потеряться мне. И не оставить тебя.

— Т-ты когда успел стать таким милым?

Он только пожал плечами и обнял Римму. Может и успел, а может и был, просто временно позабыл об этом. Потерялся, лишившись света, и очень долго учился видеть новый. Теперь главное не потерять его снова.

Не только Шон старался держаться за вновь обретённый свет. Эндрю, до смерти боясь темноты, скитался по ней ещё больше времени. Слишком долго не решался снова довериться людям. Он мог сколько угодно изображать открытость, общительность, дружелюбие, внутри всё равно оставался ощетинившимся ёжиком. Но всё же…

Эндрю потянулся и обхватил за плечи Эрику. Они тоже успели покинуть ангар и направлялись в комнату отдыха, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм, где вновь оживёт старый мир.

— Что такое?

— Захотелось, — на удивление прямо ответил он.

Всё же в один момент он решил рискнуть. Вышел к людям, попав под чары родного образа. А потом и вовсе подумал, что если всё равно не получается доверять людям, если мысль о новой привязанности продолжает пугать, почему бы не начать с андроида? Самого обычного. Бесчувственного. От такого точно знаешь, чего ждать. Никаких пустых обещаний и внезапных поступков, ложного милосердия.