— А вы снять сможете? — с надеждой спросил я.

— Смогу, но не по доброте душевной, а потому что мне такая штука может пригодиться в будущем.

Я молча протянул ему руку. Маг работал с браслетом минут двадцать, после чего тот развалился на две части и был снят с моего запястья. Я с облегчением потирал место, где он недавно находился. Понимая, от чего только что избавился.

— Спасибо можешь не говорить, не для тебя старался. — сказал мне маг, убрав браслет в ящик стола. — Неумёха универсал мне неинтересен, да и связываться с твоими врагами, вредно для жизни. В том что это ужасно мстительные твари ты не ошибся, ничуть. На меня злобы не держи, ведь я сейчас тебя избавил от огромной проблемы. Но… Но судьба твоя не сильно изменится. Отправишься всё на тот же рабский рынок. Правда, как обычный человек, это будет моей платой за браслет. И поверь, ты ещё не раз поблагодаришь меня.

Я даже не смог ему ничего возразить. С магией у меня действительно будет гораздо больше шансов.

— Судя по тому, что я сегодня увидел, жизнь в ваших краях непростая. И всё может перевернуться с ног на голову в любую секунду. Спасибо, что не утопили вместе с кораблём. — ответил я ему.

— Да не за что. — ответил маг и позвал одного из своих людей, чтобы тот отвёл меня в камеру. Когда я уже подошёл к дверям он добавил. — Ты не расстраивайся слишком сильно, но твои сокамерники те ещё душегубы и уже кормят рыб на дне.

Это было неожиданно, но здесь свои законы. Которые были мне ещё более непонятны, чем то, что творилось в мире аристократии Негурии.

Когда меня привели в камеру, а здесь это была маленькая каюта с запирающейся дверью, там действительно никого не оказалось. Вот такой вот день… Можно было неоднократно умереть, но похоже вновь повезло. Такая удача начинала настораживать. Как бы потом не пришлось всё, что должен, возвращать судьбе.

Как быстро я начал радоваться настолько малому… В последнее время не до жиру, выжить бы. А там видно будет.

Пока живёшь и не спешишь,

Обычных дней, ты воздухом питаясь,

И постоянно ведь торопишься, бежишь,

При ярком свете дня — во тьме ночной скитаясь.

Не ценишь каждый жизни счастья миг,

По мелочам размениваясь раз за разом, снова,

Не вечны на земле мы все, лишь обернёшься, а уже старик,

Ты торопись, успей понять, что важно для тебя и что твоя основа.

(Храд Молния. 17016 год.)

В одиночестве я провёл следующий месяц. Именно столько мы добирались до конечной точки, которой оказался всё тот же город Рауш. Крупный порт государства Монас, в котором находился один из самых огромных рабских рынков континента.

Капитан лично решил меня отвести на торги. Не смотря на такую неприятную ситуацию, я действительно не держал на него зла. Рабство здесь было делом обычным. Ему нужно было избавиться от меня и то, что я жив было достаточно широким жестом со стороны старого мага. Хорошо, что он принял такое решение, возиться со мной было не желательно, да и опасно, учитывая личности моих недоброжелателей.

Порт был огромен и тянулся на километры в обе стороны от того места, где причалил «Гнев Катрионы». Идти было далеко, но капитан не унывал. Ему здесь всё было знакомо. Я же глазел по сторонам, признавая, что здесь люди развернулись с размахом, город они отстроили исполинских размеров. Даже бескрайняя Негосса меркла по сравнению с Раушем. Народу было не счесть и все куда-то спешили, образовывая целые людские реки со своими направлениями и течениями. Когда мы вышли на более спокойную улицу, я спросил у мага.

— А что если я сейчас сбегу?

— Сбежишь? Хех. И куда ты пойдёшь? — с усмешкой спросил маг.

— Неужели, здесь некуда идти? В наёмники, те же? — спросил я его.

— Эх, парень… Это тебе не твоя Негурия. Здесь всё обстоит совсем иначе. Не зная местных порядков и обычаев ты уже завтра окажешься на том же рынке. Вот только не факт, что целым и невредимым. Вот когда поймёшь, где и кто ты, тогда пожалуйста, дерзай. Или можешь стать столь сильным, что с тобой начнут считаться и перестанут воспринимать, как живое имущество. Впрочем, это всё может не помочь тебе пересечь океан. Здесь рабство законно почти на всём континенте. А между континентами, в океане находятся сотни островов, где царит пиратская вольница. Там тоже есть рабство и все режут друг друга с утра до ночи.

— Неужели всё настолько плохо? — спросил я, растерявшись от такого взгляда на ситуацию.

— Даже хуже. — кивнул мне маг. — Здесь все кому-то принадлежат или под кем-то ходят, кроме самых сильных. А их не так уж и много.

— А вы сильный?

— Можно и так сказать. Хотя я уже стар, да и из сильнейших являюсь слабейшим.

Дальше я шёл в молчании, обдумывая слова Храда. Я не считал себя слабым до этого момента. Но достаточно сильный маг, по мне так, не слабее магистра, пошатнул мою уверенность.