Снова перехватываю мачете и рвусь вверх. Схватившись за плечо, вражеский игрок роняет свой автомат, и это лишает его шансов на выживание. Подскакиваю и втыкаю мачете прямо в плечо, где золотая антимагичекая пуля оставила дырку.

Взвыв, игрок падает, но его доспех, словно живой, пытается достать до меня чем-то вроде щупалец. Не успевает – приложив Железного Феликса к глазнице шлема-черепа, я спускаю курок.

Выхожу на крышу и вижу сидящую у края крыши Алису в окружении двух трупов. Ранена? Нет, просто устала, повреждений нет.

Внезапно, один из трупов дёргается. Подхожу к нему. Маленькая сморщенная индейская старушка, похожая на шаманку. Какое-то ожерелье из перьев, игрушки-вуду, наверняка, для магии.

– Что забыла ты, бруха, в этой кровавой игре? Не стара ли ты, убивать молодых? – спрашиваю я, вспоминая слово из какой-то старой сказки.

Бруха – это ведьма в латинских странах. Баба-яга по-нашему.

Она отвечает неожиданно твёрдым взглядом. Неожиданно – потому что из её тела вытекает кровь, очень много крови. Оставленная рубленным мачете рана просто посекла старухе бок, видимо, задев внутренние органы.

– Стара, слишком стара, чтобы убивать, – вдруг по-русски отвечает она.

В шоке, я вглядываюсь в неё.

Кастила

Игрок, Оракул

Статус: суперстарая кошёлка

Оракулы способны говорить на всех языках. Оракулов должны понимать все.

– И всё же убиваешь, не только врагов, но и союзников, – я киваю вокруг. – Зачем напали на нас? Второй квест, да?

– Башни, – старушка стремительно бледнеет, что заметно даже не смуглой коже. – Башни… тебе не нужны, но нужны нам. Нужны всем. Игрокам и людям. Человечеству. А вы – кровавые упыри, я вижу, я знаю. Ублюдки, бастардос, что недостойны.

– И нафига человечеству… башни?

– Чтобы остановить…

– Кого, игру? Её можно остановить?

– Игру – нет, но смерть простых людей – да! – с внезапной силой отвечает она.

Прилив сил перед окончательной смертью.

– И как же это сделать, ведьма?

– Правила… новые правила… можно изменить так просто… запретить опыт за людей, вот и всё… – голос старушки становился всё тише и тише. – Но таким как ты плевать…

Она затихла, и в системных сообщениях я увидел подтверждение её смерти.

– Что она имела в виду? – спросила Алиса. – Что за правила? Что за запрет на опыт за людей?

– А тебе не плевать? – пожал плечами я. – Мне лично плевать.

Всё правильно. У меня – другие цели. Оживить Валю и Леру. И всё равно мне на бормотание умирающей старухи.

– Мне в принципе тоже, – почесала себя за ушком Алиса. – Мне кажется, она это отлично понимала и поэтому умирала с такииими внутренними мучениями…

– И на это плевать, – ответил я, наблюдая за развернувшимся в небе сражением. – Вон, смотри, Топка побеждает.

На небе действительно развернулось настоящее сражение. Словно в авиасимуляторе две фигуры, врага и феи, стремительными манёврами атаковали друг друга и уходили от атак. Приглядевшись, я увидел ник врага BirdyTheMighty. Пусть будет Бёрди, так короче. Молодой белый парень с золотистыми волосами.

Прекрасные белые крылья держали Бёрди в воздухе в нарушение всех законов физики. Они же делали его похожим на ангела. В руках он держал огненный меч, которым пытался достать до ловко уклоняющейся Топке, вооружённой пистолетом.

– Он ранен, – сказала Алиса, но я это видел и сам.

Два ранения в область живота – ему недолго осталось летать, и видимо, поэтому он пытался поразить фею, забрать её с собой в могилу. Однако, это ему не удавалось. Почему? Да потому что в этой схватке Топка обладала серьёзным преимуществом.

Крылья Бёрди, всё же вынужденные соблюдать какие-то условности, какую-то пародию на физику, не могли держать его в статическом положении, он всё время летал, всё время находился в движении, как акула в море. А вот фея, держалась на одном месте и могла легко избегать его атак, выполняя любые манёвры.

Выбор крыльев решил исход боя – вот Бёрди летит в очередную атаку, но в последний момент Топка взмахивает крыльями и оказывается как бы над врагом. Меч проходит мимом феи, а револьвер-бульдог в маленькой ручке смотрит прямо в затылок крылатому игроку. Бах! Подбитой уткой противник падает вниз.

– Всё, победа! – радостно улыбается Алиса.

– Если только Эспи сумеет угомонить Беша, – покачал головой я.

Мы спускаемся и осторожно приближаемся к кафе. Все враги мертвы, а кто не мёртв – сбежал. Посреди этого хаоса задумчиво сидит Беш в своей любимой позе Роденовского мыслителя.