– Ещё пять лет назад я ответила бы, что любовь, – Алла медленно поднялась, подхватывая полотенце. – Но вступив в брак, я поняла, что главное для счастья – это свобода.

Проходя мимо, она уронила полотенце на пол и повернувшись спиной ко мне, быстро нагнулась, чтобы его поднять. В нижней точке наклона она чуть задержалась, словно бы пытаясь подхватить выскальзывающий из рук кусок махровой ткани. Её подтянутая задница оказалась прямо передо мною, и я увидел всё. Вообще всё.

Всё-таки ухватив полотенце, женщина вышла из парилки, а я ещё некоторое время сидел, пытаясь изгнать из головы открывшуюся мне картину. Не получалось.

Как странно, всё у женщин там устроено вроде бы одинаково, но всегда есть какая-то особая индивидуальность.

Наконец, я встал и медленно вышел в предбанник.

Сначала я хотел направиться в душ, но тут на меня плеснули водой из бочки.

– Иди сюда, – хитро улыбнулась мне Алла. – Тут хорошо.

Ничего не говоря, я запрыгнул в бочку. Женщина ожидаемо находилась там совершенно обнажённой, а бочку явно никто не рассчитывал на двоих. Мы оказались почти прижатыми друг к другу. Расстояние между нашими телами было такое, что я ощущал тепло, исходящее от соседки.

А затем я протянул под водой руки, обхватил Аллу за талию и притянул к себе, так, что она прижалась ко мне своей большой грудью. Её соски возбуждающе скользили по моей грудной клетке, и я чувствовал, как они набухают и твердеют.

– Холодно, – прохрипел я скорее от возбуждения, чем от холода.

– Долго тут сидеть не надо, – прошептала она в ответ. – Можно заболеть.

Вывернувшись из моих объятий, женщина хитро прищурилась и вылезла из бочки. Посидев ещё несколько десятков секунд просто чтобы не казалось, будто я хожу за ней хвостиком, я вылез из ёмкости.

В комнате отдыха творилась чистая вакханалия.

Красный от выпитого алкоголя Глеб что-то доказывал такой же раскрасневшейся Топке, у которой лифчик слез на живот. Алла расслабленно растянулась на скамейке рядом с тихо потягивающей какую-то подозрительную жидкость Элион.

Вздохнув, я подошёл к Топке и вернул предмет гардероба на полагающееся место, заодно поправив сползающее со спины полотенце. Затем понюхал её стакан. Пахло чем-то крепким, вроде водки или самогона.

Стакан я отобрал и заменил апельсиновым соком. Протест прервал командирским взглядом, который, по словам Павла, получался у меня отлично. Топка угрюмо уткнулась в сок.

Глеб хотел было защитить собутыльницу, но наткнувшись на такой же взгляд, тоже взял предложенный мною сок.

Понюхав стакан окосевшей принцессы, я учуял спиртовой запах. Попробовал – что-то вроде слабоалкогольного напитка на основе мёда.

– Медовуха, ииик! – пояснил Глеб. – Там градусов пятнадцать от силы.

Посмотрев на уже клюющую носом маленькую демоницу, я понял, что ей и пятнадцати хватило с лихвой. Что там рассказывали в школе про опасность детсткого алкоголизма?

Глеб с феей продолжали спор:

– А я говорю, это хорошо, что Имри Захан захватил Центральную Африку! – размахивая апельсиновым соком, доказывал хозяин дома. – И плевать, что он глава какой-то там секты. Пусть секта, пусть так! Но это шанс для Африки получить по-настоящему большое и мощное государство, которое сможет защитить себя от той безбожной эксплуатацию, которую её подвергали и подвергают проклятые империалисты…

Знакомые слова расслабляли, и я откинулся на скамейки рядом с Анной. Потягивая анансовый сок, я с удовольствием слушал такие успокаивающие политические термины, не вдаваясь в их смысл. Мои родители с детства вели подобные дискуссии, и как-то так повелось, что политические дебаты вызывали у меня ощущение домашнего уюта и комфорта.

– Это ненормально! – так же размахивая стаканом, доказывала свою позицию Топка. – Имри Захан наверняка игрок, иначе как он мог захватить всю ЦАР всего за неделю? Как он смог собрать такую большую армию в столь короткий срок?

– Так ты придерживаешься концепции игры, относительно недавнего всплеска насилия? – удивился Глеб. – Я думаю, всё же вирусная гипотеза более убедительна, чем эта мистико-магическая хрень…

Тут Топка заржала, но я незаметно, не поднимая руки, показал ей кулак. Фея была не дурой и сразу же успокоилась.

Внезапно я ощутил, как моё бедро аккуратно царапает что-то не особо острое, вызывая приятные мурашки. Опустив взгляд, я увидел, как Алла аккуратно водит по моей ноге своим цепким коготком. От Глеба происходящее скрывал стол.

Протянув руку, я залез под её полотенце и принялся с интересом изучать гладкость её бёдер. Внимательно исследовав также формы и изгибы, я пришёл к выводу, что нога соседки вполне соответствует мировым стандартам.

Затем я начал подниматься выше, но она успела первой, накрыв своей ладонью мой пах с уже готовым к бою членом. Нащупав выступающую из-под плавок головку, она легонько повела ко нему своим коготком.