Ладно. Я не пытаюсь ее унизить или преподать какой-то урок покорности. Цель у нас исключительно благая — наращивание общего боевого потенциала.

— Ты отлично показала себя. — отметил я. — Модификация, которую использовали на Касс, очень сильно повысила ее выносливость и стойкость. Твоё мастерство, Децимала, вызывает восхищение. Касс многому у тебя следует научиться. Однако и она может тебя потренировать. Реальный бой длится… Очень по-разному. Это может быть молниеносная стычка или многочасовая мясорубка, где никто не хочет сдаваться. Место одного убитого врага занимают другие. Поэтому важно развить умение сражаться на грани возможностей выносливости. Я вижу твой показатель. Давай попробуем опустить его до нуля. С каждым разом побеждать будет все сложнее. Это закономерно и никак не отрицает твоего мастерства. Воспринимай наш эксперимент как испытание воли.

— Да. Я поняла. Интересная мысль. — ответила гладиатрикс, переводя дух.

Ее мораль вернулась к норме. Теперь ей стало ясно, что в грязь лицом она не ударила. Ну посмотрим сколько продержится чемпионка на моей "арене".

Test your might, как говорится. Эх, музычки из Мортал Комбат не хватает.

Звенело в моей каюте долго и упорно.

78 раундов. Где-то полтора часа поединков. Я остановил все, когда Касс выиграла три подряд почти всухую. Показатель выносливости Децималы колебался где-то около нуля. То чуть восполнялся, то снова падал.

— Стоп. Отлично. Шлем снять можешь?

Чемпионка медленно отложила оружие, уронила щит и попыталась снять защиту головы. Это у нее не получалось. Слишком выдохлась и пальцы не могли справиться с ремешком.

— Сейчас.

Я подошел к ней и быстро решил проблему, помогая снять шлем. Передо мной оказалось совершенно ошалелое лицо чемпионки. Волосы перед боем она стянула сзади в пучок. Кожа целиком блестела.

Я подошел к столику, взял с него кувшин воды и поднес ей к пересохшим губам. То, что мы сейчас делали было гораздо более неприлично, чем все возможные формы секса. Чтобы человек моего статуса будто слуга помогал бывшей рабыне… Ну это просто вот за пределами всех мыслимых извращений по местным меркам. Однако двери закрыты, лишних свидетелей нет, а значит можно.

— Спасибо… — смущенно прошептала она, отводя глаза.

Касс держалась заметно лучше, хотя и с нее там потов двести сошло. Но Ксанд не зря таки считался лучшим алхимиком плоти. Он сумел вывести Касс за пределы человеческих возможностей, при этом не сделав безмозглым гомункулом.

Утром мне Арамиа объяснила главную разницу между просто алхимией плоти и трансформацией в гомункула. Обычный и даже необычный человек серьезные модификации скорее всего не переживет. Тут тебе и нервная система сбоит, и гормоны с ума сходят, и вообще весь обмен веществ накрывается женским половым органом. Я помню потрясающую гамму ощущений от вмешательства Владыки в мою тушку. А он ведь просто менял статы. Доводил меня до пика форма, теоретически доступной человеку. Так вот… Хитрые алхимики придумали выход. Если система живого организма слишком сложная для преобразования, то надо сделать ее проще. Как? Да повырубать и поотключать все, что можно и даже нельзя. Прежде всего мозги и гормоны. Гомункула сначала превращают в отупевший, стерильный, практически ничего не ощущающий огрызок живого организма, а потом уже начинают из него всякое лепить.

Ладно. Что-то я задумался.

— Иди. Отдыхай и пусть служанки приведут тебя в порядок.

— Х-хорошо. — кивнула Децимала и медленно побрела прочь.

Шлем забыла, но ничего. Не пропадет. Касс уже сама и от доспехов избавилась, и воды напилась.

— И как она тебе? — спросил я.

— Хорошо сражается.

Глубокая аналитика, однако.

Всего за наш заплыв до Сейд-Нирама было потоплено двадцать шесть кораблей, три захвачены как трофеи, девять пропущены без боя, однако ни разу нас не пытались атаковать всерьез. Не летали язаты, не плавали морские чудища и это все больше напрягало. Даже задержать нас не пытались. Либо все очень хорошо и врагу нечем нас тормозить, либо все совсем плохо и тормозить ему нас просто не нужно, так как оборона полностью готова.

Еще пару раз меня накрывало ощущение чужого взгляда. Решил спросить об этом Арамию. Надо же использовать по полной ее присутствие. Описал магичке все симптомы, пояснив что вот это странное ощущение начало возникать относительно недавно и, кажется, к влиянию Сердца не имеет никакого отношения. Заклинательница несколько минут задумчиво на меня пялилась, а затем выдала вердикт:

— Прошу вас использовать дар, чтобы удостовериться в отсутствии проклятий, приворотов и других примитивных воздействий стихийной магии.

— Я проверял. Ничего.

— То, о чем вы мне рассказали, глубокоуважаемый стратег, похоже на обычную связь между магом стихий и целью его воздействия. Однако странно, что это повторяется раз за разом, но не приводит к результату.

Возможно, у меня просто уже настолько лютый магический иммунитет, что слабая зараза не липнет? В любом случае проклятье я замечу. Как мне известно, они не умеют убивать быстро и относительно легко снимаются. Такие штуки опасны для простых людей без доступа к помощи магов или подавителей.

— Возможно, кто-то пытается подобным образом следить за вами. — добавила Арамиа. — Однако это не самый разумный и надежный способ. Они будут получать лишь разрозненные смутные впечатления.

— Есть возможность обрубить канал связи?

— Я могу попытаться, но это сложнее, чем снять уже оказанное воздействие.

— Если это безопасно — попытайся.

И она попыталась. Опять мои ожидания не сошлись с реальностью. Я полагал, что Арамиа сколдует какой-нибудь супер антимагический щит, который мигом отрубит все внешние воздействия. А нет. Вместо этого она пришла ко мне вечером и начала предлагать что-то типа медитативной практики. Мол очистите мысли, ощутите себя снежинкой в холодных облаках зимней ночи и так далее.