— Нам подходит, — хмыкнул я, посмотрев, как кривится старший Медичи.

— Тогда давайте заключим договор, — кивнул мужчина за столом, доставая стопку бумаг.

— Может, не будем торопиться и сперва познакомимся с командой? — произнёс герцог. — Может они и правда нам не подойдут.

— Это возможно? — поинтересовался я у клерка.

— Они будут у вас на борту вместе со мной через четыре часа, — кивнул мужчина.

Выйдя из офиса, мы поспорив о дальнейших планах, направились в ближайший ресторанчик

«Тестаскари», где нам предложили рагу из цыплёнка под сливочным соусом, со шпинатом, фасолью и рисом.

Дав согласие, я принялся изучать меню дальше.

— Попробуйте Фокаччу. Местный хлеб, — произнёс Медичи, не отрываясь от своего меню. — Её пекут в печи, которую топили сеном, для придания аромата, а под конец обжигали в очаге. А затем фокаччи приправляют различными травами, например, розмарином, орегано, майораном. Но это уже зависит от предпочтений повара.

— Так что у нас в планах, господин герцог? — поинтересовался я, откладывая вилку в сторону.

Цыплёнок оказался просто фантастическим, и я очень жалел, что порция была, как приятно в ресторанах, не очень большой. Но заказывать его ещё раз, мне было стыдно.

— Я предлагаю отправиться на Кипр. У меня есть там знакомые, которые помогут необходимыми вещами. А мы можем спокойно проживать на яхте, благо место позволяет. И не волноваться о святом престоле, — пожал он плечами. — Тем более, старший Изенбург, так и не пришёл в сознание. Что меня немного настораживает. А на Кипре мы можем отдать его под медицинский присмотр. Да и куда нам ещё плыть? Нет, плыть можно куда угодно, знай только заправляй яхту и пополняй запасы. Но я не вижу причин плыть в Америку или в Японию и прятаться там, когда мы можем сделать то же самое и тут.

— Аргумент, — кивнул я головой, отпив из бокала. — И как долго вы думаете, нам нужно скрываться от папы и кардиналов.

Отвечать герцог не спешил. Доев салат и отпив из своего бокала, он посмотрел по сторонам и подавшись вперёд, сцепил руки в замок.

— Зная этих людей, я бы предпочёл не появляться среди них около двух-трёх месяцев. Дальше уже сложно иметь какие-либо точные планы и появляются много камней на пути.

— Что им помешает. явиться за нами на Кипр? — подал голос сын герцога.

— В смысле? — удивлённо повернулся к нему отец.

— Ну вот мы пришли на Кипр. Хорошо. Но эта ваша яхта, не обычный Байланденр или Бенетти, которых десятки и сотни на любой вкус и они более-менее похожи друг на друга. Наша яхта, будет собирать не то что десятки взглядов, а тысячи людей будут фотографироваться на её фоне. И узнать, где мы остановились не составить труда. И прислать за вами своих людей, на Кипр будет проще, чем в Японию.

Улыбнувшись, я покачал головой и поставил бокал на стол

— Лоренцо, ты, конечно, прав, что яхта заметна, что нас найдут быстро. Но скажи мне, какое самое быстрое средство передвижения в наше время?

— Самолёт, — фыркнул он. — Это же логично.

— И сколько лететь из Рима в Токио? И сколько из Рима на Кипр, уж не знаю, какой там город считается столицей.

— Я… — растерялся парень. — Не знаю.

— Честно говоря я тоже, — хмыкнул я. — Но уверен разница просто мини…

— Я знаю, — прервал меня Медичи старший. — До Кипра от пяти до семи. До Токио от десяти до суток. В зависимости от маршрута самолёта и прочих условностей. Так летает коммерческий рейс. С посадками пассажиров, разрешениями и странными маршрутами в воздухе. Самолёты Святого престола будет лететь быстрее и за счёт самого самолёта и прямого маршрута. И это мой дорогой сын, приводит к одному итогу. Несколько часов разницы, не дадут нам какой-либо форы. А жить я бы предпочёл в тёплом климате, а не там, где сейчас минусовые температуры и снег.

— Ладно, я понял…понял, — поднял парень руки. — Не прав.

Возвращаясь на наш корабль, я поинтересовался откуда у сидевшего несколько десятков лет герцога, такие познания в авиации.

Посмотрев на меня странным и задумчивым взглядом. Он достал из кармана визитку и протянул мне.

Карточка оказалась очень старой и пожелтевшей от времени. На ней был изображён самолёт, чем-то напоминающий конкорд. А поверх него было напечатано несколько строк.

«Пьяджо аеро»

Герцог Аверадо Медичи.

Генеральный директор.

— Вы думаете, я просто так оказался в заключение? — горько усмехнулся Аверадо. — Мой брат владел верфью. У моего сына любовь к лодкам именно оттуда. Но он поступил умней и не стал устраивать скандал и войну в отличие от меня. В день, когда нынешний папа пришёл к нему, он отдал им всё в обмен на жизнь и спокойствие. Наверно так должен был поступить и я…

— Войну? — произнёс я ошарашенно.