Во всяком случае, взять в одну руку старрх, в другую Негатор, а затем за две или уже пять, а то и десять минут перебить врукопашную пару сотен отчаянных рубак во главе с Смешливой Пикси, на фотографии и дела которой я насмотрелся в газетах… нет. Не вариант. Я бы не поставил на себя в случае встречи с этой похожей на подростка женщиной даже если бы у нас с ней были бы только ножи, безо всякой магической поддержки.

Ладно, пусть Тариус Амадей Тарраскер думает свои думы, а мне нужно разобраться со своими, заниматься хозяйством на четырех разумных и одного кота, а еще следить, чтобы две женщины что-нибудь не выкинули.

Интерлюдия

Человек, сидящий в кресле напротив, потел. Его глаза нервно бегали по сторонам, пальцы нервно сжимались на подлокотниках, а тонкие бесцветные губы нервно поддёргивались. Эта нервозность, как понимал её Ахиол, была вызвана поручением этому конкретному человеку от его начальства, некими чаяниями, а возможно, даже просьбами, что он должен был донести до управляющих Хайкортом. Облегчать визитеру задачу в планах бога не стояло, слишком уж в одиночестве и тишине кабинета у него зудели недавно отросшие до нормальных размеров руки, поэтому Ахиол в планах имел как следует развлечься за счет чужих страданий. Пусть и поверхностного плана.

Бывший мэр по очереди похрустел костяшками всех пальцев, а затем приветливо и, главное, внезапно, улыбнулся гостю:

— Чай? Кофе? Что-либо покрепче?

— Н-нет, благодарю вас, господин Ахиол! — тут же чуть ли не подпрыгнул человек, на которого можно было безошибочно поставить клеймо потомственного бюрократа, — Я к вам с поручением от господина губернатора! От него и от министра Цзайя!

— Оу! — бог с скрытым наслаждением свёл свои шесть зудящих рук в три «замка», сцепляя пальцы и неимоверно нервируя этим жестом очевидно непривычного к подобному человека, — Я вас внимательно слушаю, уважаемый…?

— Кхаир Умба, заместитель секретаря господина мэра! — с некоторой обидой, прорвавшейся сквозь страх и оторопь, доложился человек. Закономерной, разумеется. Элли положила документы визитера на стол уже полтора часа как, но Ахиол их вовсе не собирался открывать.

— Господин Умба, моё внимание всецело принадлежит вам, — вновь улыбнулся шестирукий здоровяк, носящий лишь просторные черные шаровары.

Мэром Хайкорта его уже назвать было нельзя. Переместившийся на «зарезервированное» по старому договору место город стал районом другого, куда большего и населенного мегаполиса. Автономным и самодостаточным, можно сказать, полузакрытым, но определенный уровень взаимодействия с властями присутствовал. Пока лишь на уровне услуг, что оказывали немногочисленные жители и нежители района своим новым покровителям. И… это вызывало определенное недопонимание у очень многих других.

Незервилль, пусть и слегка разрушенный проросшими тут и там гигантскими корнями, представляющими из себя сейчас хоть и мертвые, но очень твердые образования, обладал жилыми местами, бытовыми удобствами, удобной инфраструктурой, то есть, был вполне способен вместить от тридцати до пятидесяти тысяч новых жителей, гарантируя местным уровень комфорта куда выше, чем в среднем по этой большой стране.

Но, несмотря на то что желающих поселиться в столице было на порядки больше, чем эти тридцать-пятьдесят тысяч, Хайкорт продолжал оставаться почти пустым. Настолько, что Ахиолу пришлось назначить владельцу «Теплого приюта», основного общественного заведения района, регулярные выплаты, чтобы дражайший Зальцер Херн не начал вдруг бедствовать!

Кому-то не нравился вечно стоящий над районом туман, кого-то отпугивали слухи, были высказаны, и мнения, что шестирукий Ахиол на самом деле гигантский паук, что по ночам жрёт новоприбывших. Не обошли вниманием даже бедняжку Элли, что отличалась от обычных людей лишь тем, что полупрозрачна, зеленовата и слегка летуча. В глазах местного населения она была настоящей Леди Тьмы, что пьет кофе, аппетитно хрустя засахаренными пальчиками младенцев!

В общем, Хайкорт был непопулярен среди простых смертных. Это далеко не всем нравилось, и вот поэтому здесь и появился Кхаир Умба. Нельзя сказать, что Ахиол не ждал кого-то вроде него уже как с полгода.

— Вам нужно убрать нежить с улиц района, господин Ахиол, — голос заместителя секретаря крепчал с каждой минутой, не переходя, впрочем, границ вежливости, — Они… пугающи сами по себе, но еще и вооружены военным оружием! И их много! Очень много! Слишком много для нашего законопослушного города!

— Это наши силы правопорядка, — развёл руками улыбающийся бог, — Они необходимы для обеспечения соблюдения законов!

— В таких количествах?! — дёргался человек, — Господин Цзайя убежден, что их необходимо… убрать! Заменить нашими стражниками! Если оставить всё как есть, то Хайкорт останется таким же пустынным, как и год назад! Да! Уже прошло полтора года, господин Ахиол! Мне требуется уточнить у вас, когда мы сможем приступить… к замене!

— Увы, мой друг, вынужден вас разочаровать к глубочайшему моему сожалению, — по виду бога любой, знающий Ахиола хотя бы пару месяцев, уверенно бы сказал о прямой противоположности чувств бога, — Мы не можем себе позволить сменить существующий порядок. По двум крайне веским причинам, которые я попрошу вас запомнить и передать вместе с моими извинениями глубокоуважаемому господину Цзайе.

— Я… я внимательно слушаю!

— Первое, — воздел бог в воздух указательный палец, — Оно, господин Кхаир Умба, заключается в том, что мы ждем особенных жителей. Нас не интересует, чтобы эти улицы заполнили купцы, писари, мздодавцы и счетоводы из тех, кто могут себе позволить содержать дома, подобные нашим. Превращение Хайкорта в обычный район для хорошо обеспеченных господ нужно лишь тем, кто получит с этого прибыль. Не нам. Нам нужны ученые, студиозы, естествопытатели и алхимики. Просвещенные и желающие учиться разумные, а не серая мелочь, способная лишь платить налоги. Но это вы и господин министр обязаны были знать и так, верно?