… Хартблид держал в руках череп, и разделив поток маны, направил его внутрь, через основание, затем с усилием разделил этот ручеек ещё на три части, и одну отправил к челюстям, а две другие — через глазницы и ушные отверстия — попытался направить к себе, но что-то пошло не так. Входящий и исходящий потоки слились и словно забурлили, а затем череп сотрясла мелкая дрожь. И он взорвался.

// от автора: вычитка ещё не производилась, возможно глава будет правиться.//

Звон в ушах и ощущение, будто по рукам ударили доской. В глазах всё плыло. Первая мысль — паническая, ведь он испортил учебное пособие — оно в данный момент торчало из всех доступных поверхностей осколками кости. Они впились даже в камень. А ведь Мастер предупреждал, что запас черепушек ограничен. Значит, тренироваться будет не на чем. Вторая мысль — "я ранен?". Зрение с трудом сфокусировалось на руках, на вид они были в порядке, только ныли как от ушиба. Сам факт наличия зрения говорил, что глаза тоже в порядке.

Постепенно Хартблид пришел в норму, и тут в дверь комнаты вошел Мастер. Он огляделся, щелкнул челюстью, и присел рядом с мальчиком:

— Теперь понимаешь, почему я не стал давать тебе по настоящему опасных заклинаний? — спросил он. Незадачливый ученик кивнул, шмыгая носом. — Рассказывай.

— Ну… Я пытался установить связь с черепом… А он такой — "бабах!!!"… Вот и…

— Потрясающе информативно. Сосредоточься, мой юный ученик, сейчас будет то, что мы называем "работой над ошибками". Если ты спорол косяк и уцелел, это уже хорошо, это ценный опыт, который поможет тебе в дальнейшем. Итак, какие есть идеи на тему того, каким образом взрыв в замкнутом пространстве не размазал тебя по стенке и не превратил в дуршлаг осколками?

— "Заёмная жизнь", — подумав, ответил мальчик. — Вот значит как она работает…

— Не совсем. Если ты вглядишься в свой поток, то заметишь кое-какие изменения.

Хартблид кивнул и, закрыв глаза обратился вглубь себя. Контур "заёмной жизни" практически исчез, зато на его месте появилось что-то опасное. Что-то, являющееся причиной слабости, головокружения, нечеткого зрения и тупой боли в отбитых руках. И как при сотворении заклинания, в него была влита энергия, так и теперь эта энергия медленно возвращалась в поток, словно продираясь сквозь тело, причиняя страдания. Внезапно мальчик понял, что если перенаправить эту энергию в кого-то другого, она высвободится разом, и нанесет ему вред. Но что важнее, любой вред телу порождал эту гибельную, медленно рассасывающуюся энергию, а "заёмная жизнь" лишь служила преобразователем мгновенного урона в постепенный.

— … Да. Когда тебя бьют, твоё тело получает повреждения. Тело может залечить их, но делает это довольно неспешно, а если их много — вообще не может, ибо долговременный урон превышает возможности регенерации. Ничего не напоминает? Вот эта самая энергия и есть то, с чем мы тут имеем дело. Но есть, как водится, один нюанс, — Мастер ткнул костяным пальцем в плечо мальчика. — При взрыве череп высвободил всю влитую тобой энергию, смертоносным образом, этого бы хватило чтобы убить обычного живущего, а даже если бы он не умер сразу, его нашпиговало бы осколками кости. Вот из-за того, что твоё заклинание перевело моментальный физический урон в постепенный, ты и избежал участи превратиться в решето. А энергия распада на тебя не оказывает влияния, иначе бы ты загнулся от её эманаций ещё в младенчестве. Если быть совсем точным, то сперва тебя ударило магическим уроном, а затем ещё и физическим, если бы дело обстояло наоборот, ты бы вообще ничего кроме удивления не почувствовал. Потому что нас, не-мертвых, эта энергия исцеляет.

— Но ведь я живой! — воскликнул мальчик.

— Технически — да, — подтвердил скелет. — Но с точки зрения жрецов ты нежить, и если тебя попытаются исцелить — будет очень больно. Кстати говоря, думаю тебе уже лучше?

— Да… Руки чуток побаливают, а всё остальное в порядке. И эта странная энергия рассасывается довольно быстро, словно что-то её вымывает. Так и должно быть?

— Безусловно, — Мастер обвел всё вокруг широким жестом. — У нас тут половина Нубятника залита тем, что жрецы называют "эманациями смерти". Звучит грозно, так что мы их тоже так называем, хотя всё несколько сложнее, и боюсь твоих знаний для понимания происходящего может оказаться маловато.

— Да, мастер. Я не понимаю каким образом полученная мной рана превращатся во вредную энергию. В смысле — мои раны мгновенно заросли? Или их и не было? Или что?

— Ты юн и неопытен, поэтому вместо того чтобы сыпать загадочными фразами и поручать тебе исследовать данный вопрос самостоятельно, я тебе подскажу: как думаешь, почему заклинание, которое тебя спасло, так называется?

В глазах мальчика отразилось непонимание, потом напряженная работа мысли. Потом он вздохнул:

— Не понимаю. Объясните?

— Я не являюсь сторонником эр-теории отбора магов, и только потому отвечу: физические повреждения возникают от того, что тебя бьют. То, что тебя бьет — тратит на удар энергию мышц, или внутреннюю энергию, или запасённую… Без разницы, результат — тебе прилетает, и в зависимости от силы удара, то есть его энергии, тебе либо больно, либо очень больно, либо вообще пиздец. Как несложно догадаться, для того, чтобы не получить повреждений, противопоставленная энергияя твоей магии должна быть равной той, что была вложена в удар. Поглощенная энергия удара "мнёт" магическую энергию, делая её токсичной для твоего тела, это называется энергией распада, и мы к этому ещё вернемся, потому что для не-жизни она почти так же опасна как и святая вода. Токсичная энергия некоторое время сохраняется, медленно рассеиваясь под воздействием самовосстановленияя тела.