— Да как я ему еще больше-то наврежу? Он либо просто умрёт, как и умер бы, либо… — преодолев все сомнения, я со всей силы ударил топором Кареону в грудь.

Сначала не было абсолютно никакого эффекта.

Но через секунд десять все руны на топоре вспыхнули, а те синие, что хранили в себе душу Минервы, расползлись по всему лезвию и начали проникать в демонюкино тело.

— Получилось?

Я ожидал, что глаза Кареона сейчас снова нальются красным, но ничего не случилось. Более того, вскоре все руны погасли, будто их никогда не было, а Кареон по-прежнему не дышал.

Еще несколько минут я не сводил взгляд с него, но всё напрасно. Через полчаса или час (я давно не ориентировался во времени) я потерял надежду на то, что демонюка оживёт.

Я всё-таки его убил.

Ни Минерва. А именно я.

Решив использовать его как наживку, я за это поплатился. Отличное завершение пути, чемпион. Теперь я даже не узнаю, почему он так меня называл.

Но у каждого затишья есть финал. Вот и теперь мне не суждено было долго оставаться на одном месте — со стороны прохода, который вел туда, где торчал меч Лондфола, послышались шаги. Ко мне приближался кто-то большой и тяжёлый.

— Прости, демонюка, я ждал сколько мог, — я схватился за рукоять топора, чтобы его выдернуть, но, к моему удивлению, у меня ничего не получилось. Оружие не просто крепко засело в груди Кареона, а видимо срослось с ним.

Все мои попытки извлечь оружие были тщетными.

Шаги становились всё ближе и громче. Даже землю под ногами начало потряхивать.

— Зашибись, я ещё и без топора остался, — поняв, что, если даже и есть возможность выдернуть топор, то всё равно не успею сделать это быстро, я «ломанулся» в противоположную сторону.

И тут моё тело напомнило мне, что сильно травмировано после боя с Минервой.

Я упал сразу же, как только сделал шаг изуродованной клешнями ногой.

Позади послышался грохот раскалывающихся камней.

«Скрипя зубами» я переполз через пару трупов, а после этого упал без сил. Нет. Я не смогу так долго. Я вообще больше не могу.

Чем дольше я оставался без топора, тем больнее мне было и тем слабее я становился. В теле пробуждалась даже та боль, которая никак не была связана с последствиями битвы с паучихой.

Похоже, мое тело в принципе не может существовать без этого чертового топора.

Убив демонюку, я убил и себя.

Толстенный двухметровый мутант, снеся часть стены в проходе, тяжёлыми шагами двигался по трупам и в прямом смысле давил их. На нём было множество каменных наростов, а голова и вовсе имела внешний череп, как у того динозавра (не помню, как он называется), который башкой способен бетонные стены проламывать.

Иногда он останавливался, поднимал труп эльфа или человека и обнюхивал его. Наверное, проверял на предмет сохранившейся боли.

Меня он еще не заметил, но, если не свернёт со своего пути, проделает ту же самую процедуру и со мной. А я ещё жив. И боли во мне предостаточно.

Надо отползти в сторону.

Очень медленно я перевернулся на живот и по-пластунски, не сводя глаз с врага, двинулся подальше от траектории его движения.

Но не тут-то было. Он сразу же обратил внимание на движение среди трупов и начал вглядываться в мою сторону.

Я замер.

Лишь бы пронесло. Лишь бы пронесло.

Мутант протяжно рыкнул, будто выругался на своём мутантском, и схватил следующий человеческий труп.

Пока он его обнюхивал, я прополз еще полметра. Больно было, что «звиздец». Казалось, если я преодолею еще метр, то просто умру от того, что мозг не выдержит такого. У меня даже зубы начали болеть, будто все нервные каналы там обострились разом.

Мутант дошел до Кареона и поднял его. Топор всё так же торчал в его груди, а сам демонюка оставался таким же мертвым. Его мутант даже обнюхивать не стал — просто небрежно швырнул в сторону и пошел дальше.

Я отполз всего на полтора метра изначальной точки и потому оставалось только замереть, молиться и ждать, когда он уйдёт.

Лишь бы не заметил. Лишь бы не заметил.

Он остановился и начал озираться по сторонам. И внюхиваться.

Учуял всё-таки, что рядом находится богатый источник боли. Теперь точно просто так он отсюда не уйдёт, пока не отыщет меня.

Лишь бы не заметил.

Сначала он сделал шаг в другом направлении, но сразу же остановился, поняв, что отдаляется. Затем прошел немного туда, куда шел, но снова притормозил.

Хоть бы не нашел.

А после он посмотрел прямо на меня.

Ох же ж, черт возьми. Заметил.