В голове загудело и весь зал закружился. Мне показалось, что я шел к телу Кареона целую вечность.

Где этот топор? Он должен быть рядом. Вот он.

Краешек рукояти топора выглядывала из-под тела демонюки. Уж не знаю, как я смог разглядеть его там.

Когда я его вытащил, он был такого же мертвецки-черного цвета, как Кареон. Никакие руны на нём не светились.

Где мутант? Надеюсь еще не сдох. Вон он лежит, «агххыкает». Живой.

Споткнувшись на каждом трупе, который попался мне на пути, я добрался до камнеголового и приставил лезвие топора к его широченной шее.

Своими обречёнными глазами, посаженными под внешним черепом, мутант всеми силами пытался пробудить во мне жалость. В них прям кричалось: «Не убивай!»

Но выбора у меня не было. Либо он, либо я.

Ударить с размаху я не мог. Поэтому мне пришлось просто давить топором на шею мутанта в надежде, что получится таким образом добраться до его души.

К моему счастью сейчас топор был значительно острее, нежели до его первого улучшения.

Тем не менее, мне пришлось повозиться, чтобы углубить его достаточно для того, чтобы повредить жизненно важные артерии мутанта. Сколько при этом я нанес ему боли и мучений, я старался не думать.

И вот мутант выдавил свой последний хриплый выдох.

— Черт возьми, где души? — я в надежде смотрел на его шею, но никаких светлячков не появлялось. — Неужели топор больше не работает?

Я прождал несколько минут, но мутант ни в какую не хотел отдавать свою душу.

— Аааааааа! — заорал я из последних сил и всем своим весом упал прямо на обух топора и тем самым вбил его еще глубже.

Внезапно мутант выдохнул еще раз.

— Ах ты ж тварь хитрая. Ещё живой что ли был?

И вот, наконец, лезвие топора засветилось.

Я тут же вытянул его из шеи мутанта и начал собирать все светлячки, которые полились из раны.

Топор начал оживать. Постепенно на нем проявились погасшие руны, а затем нарисовались и новые, которые заключали в себе душу камнеголового. Они были такого же синего цвета, как и после убийства Минервы, только в этот раз их было целых три штуки.

Похоже, здешние мутанты обладают разной силой души и потому разнится количество и качество их душ. Из кого-то получаются белые руны, из кого-то синие. А другие цвета будут? Если вспомнить видеоигры, то белый цвет — это хлам, синий — тоже хлам, но чуть получше. И только после этого идут расцветки того, что действительно имеет какую-то ценность.

Получается, на данный момент я убил каких-то рядовых мобов?

Да уж. Надо срочно качать топор, пока я не встретил какого-нибудь золотого мутанта, ведь против этих синяков (паучихи и камнеголового) я лишь чудом выстоял.

Впрочем, я могу ошибаться.

— Одну руну мне, иначе я даже не смогу вернуться к тебе, демонюка, — я смахнул одну руну вправо и тут же получил дозу лечения. — Ох, как хорошо. Как же круто, когда почти ничего не болит.

Одной дозы мне не хватило, чтобы утолить боль и исцелить все свои травмы полностью, но больше тратить на себя я не стал. Нужно было оставить для Кареона. Возможно, ничего не выйдет, но нужно попытаться.

— Давая, демонюка грязная, оживай, — я аккуратно вставил лезвие топора в прежнюю рану и начал наблюдать, как топор принялся напитывать тело Кареона своей энергией.

Прошла минута.

Демонюка впитал в себя всю душу мутанта, но опять ничего не произошло. Глаза не загорелись кровавым оттенком, внутреннее свечение тела не возобновилось.

Кареон лежал неподвижно и бездыханно.

— Оживай, оживай. Оживай! — я поднял руки над собой и со всех сил ударил Карену по груди.

Снова никакой реакции.

— Да чтоб тебя, — я сел рядом с ним и закрыл лицо ладонями. — Выходит, я всё-таки тебя убил.

Я просидел так довольно долго, пока полностью не потерял надежду, что Кареон не оживет. В итоге я собрался с мыслями и принял решение двигаться дальше. Да, придётся это делать в одиночку, но другого выбора у меня не было. Да и вообще никаких сил больше нет находится среди этой горы трупов.

— Что ж, демонюка, прощай, — в этот раз извлечь топор из тела Карена было довольно просто. — Ты это, не держи зла. Если вдруг что, то… да какая, в принципе, разница. Ты ведь мертвый.

Прихрамывая на одну ногу, я пошел из зала паучихи. Перед самым выходом я обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на Кареона и застыл на месте от увиденного.

Демонюки больше не было.

— Ты чего, уже испарился? — взволнованно произнёс я, оглядывая зал.

— Кто испарился? — вдруг раздался знакомый голос за моей спиной.

Повернувшись, я обнаружил перед собой того самого капитана, которого встретил, когда прибыл в будущее. Того самого, что убил прежнего обладателя моего тела.