— Надо, — сказал мальчишка и оглянулся. К ним уже спешили с одной стороны Шара с Марой, а с другой Гара.

— Нехер... пару деньков отлежусь — само заживёт, — простонал Верша и закашлялся. Во рту появился привкус крови. Сплюнув и обнаружив кровь, он взглянул на сына.

— Пап, рана пузырится на кашле... — встревоженно произнёс он.

— Верша, — подбежала к ним Гара. — Ранен?

— Лечиться не хочет, — буркнул Бэк.

— Я в гробу видал такое лечение! Нахер с ним идите! — попытался возмутиться берсерк, но тут же снова закашлялся.

— Верша, просто приляж, — произнесла Гара и завалила его на бок. Усевшись в изголовье, она взглянула на побледневшего берсеркера и произнесла: — Девочки, мне ваша помощь нужна!

Верша, глядящий на небо и склонившуюся над ним девушку, начал зажмуриваться и тут же широко открывать глаза.

— Чёт в глазах темнеет, — произнёс он осторожно.

— Верша, посмотри, что у меня для тебя есть, — с улыбкой склонилась над ним Мара и принялась расстегивать куртку. — Я учла предыдущие ошибки и не стала одевать белье.

Берсерк нахмурился и уставился на девушку, которая скинула куртку и рубаху, представ перед ним с голой грудью.

— Блять, ты ебанутая? — попытался возмутиться берсерк, но тут над ним появилась Шара так же с обнаженной грудью. — Блять, ты ведь нормальная была? У меня бочину разворотило, а вы...

— Так надо, — произнесла Гара и кивнула девушкам.

Те взяли руки воина и ладонями прислонили к груди.

— Кошёлки недотраханые... — прохрипел Верша, но возможности упускать не стал, слегка сжав руки.

В этот же момент девушки, словно по команде, завернули кисти, а потом заломали руки берсеркера. Гара тут же вытащила из-за пояса небольшую очищенную от коры ветку и вставила в зубы берсеркера.

— Кафого фуя?!!

— Бэк — давай!!! — крикнула убийца.

Мальчишка тут же подскочил к отцу и положил руки на рану. Вершу сначала выгнуло, он захрипел, и затрещала палка у него в зубах. Через несколько секунд, пока под кожей его бока, живота и спины тянулись ростки, он резко вдохнул и со всей мочи заорал:

— ФУ-У-У-У-УКИ-И-И-И!!!

— Ну, вот что получается, — вздохнув, произнесла Гара. — Я взяла пятнадцатый уровень и довела «Полог тени» до десятого. Описание немного изменилось. Теперь я могу оставаться в затенённом месте невидимой почти минуту, если не выхожу из тени. Та-а-а-ак... а с характеристиками... Скрытность почти семьдесят.

Девушка подняла довольную физиономию и взглянула на Вершу.

— Что скажешь?

Берсерк молча вытянул толстую иглу с крепкой ниткой из своего доспеха, а затем опустил взгляд на свое снаряжение, в котором он уже проделал шилом отверстия, чтобы зашить разрубленный бок.

— Так, а у меня... Девятнадцатый уровень... — тут она покосилась на убийца и пояснила: — С луком проще было. Я часто стреляла, а тебе в последнем сражении вообще только двое досталось, которые решили через лес смыться.

— Сколько у тебя основная? — спросила Гара.

— Сто двадцать, — призналась Мара.

— Это нечестно, — вздохнула убийца.

— Ну, если тебя утешит — у меня мудрости и интеллекта по девяносто. Ледышки слабые. Зачастую раненных оставляла, которых тролли добивали.

Гара тяжело вздохнула, а Мара решила перевести тему:

— Верша, у меня скоро двадцатый уровень будет. Новый навык брать или мощный выстрел дальше развивать?

Берсерк молча кинул взгляд на девушку и продолжил заниматься своим доспехом.

— Верша, хватит дуться, — произнесла Гара и подсела поближе. — Ты должен признать, что это было необходимым. В конце концов, он не первый раз тебя лечит.

— И каждый раз я говорю — лучше сдохнуть! Ладно, в прошлый раз я в отключке был. Но сейчас-то на живую... — тут же вспыхнул Верша. — Вы, блять, представляете, каково это, когда у тебя под кожей растет эта хрень? Это хуже раскаленной кочерги в зад!

— Откуда знаешь? Пробовал? — тут же с прищуром спросила Мара.

— Я сейчас тебя шилом продырявлю раз двадцать, а потом тебя Бэк тебя лечить будет! Расскажешь, каково это, твою мать! — схватился за инструмент берсерк.

— Чего сразу продырявлю, — надулась лучница. — Я просто пошутила. Да и мы хотели как лучше.

— Серьёзно, — вздохнула Шара. — Мы реально за тебя перепугались. Ты бледный был, как крест того монаха, и на глазах тухнуть начал.

— Ничего я не тух.

— Тух, — кивнула Гара. — Ты, конечно, говорил, что у тебя регенерация там, и всё такое, но я что-то не хочу проверять: выживешь ты или нет. И вообще мы хотим загладить свою вину.