— Имя Ян Леонидович вам говорит о чем-нибудь?

— Сын шефа? Конечно.

— Так вот я его жена. Не будете ли вы так любезны сообщить Кострову-старшему о моем визите?

— Секунду.

Брюнетка поднимается со своего места, одергивает узкую юбку и обходит свой стол, сразу постучавшись в кабинет к моему свекру. Через минуту, когда я вновь могу ее видеть, девушка уточняет, какой кофе я пью, и приглашает меня пройти внутрь.

Я делаю несколько шагов вперед, задержав дыхание. Копаюсь в сумке, чтобы убедиться в наличии флешки, на которую я на всякий случай перенесла разговор Анны Андреевны с Володей.

Боже, надеюсь, Ян меня не возненавидит, когда я разрушу отношения его родителей. Вряд ли после вскрытия такой правды Леонид Вадимович останется спокойным по отношению к своей нынешней партнерше.

— Удивлен, — произносит мужчина вместо приветствия, едва я закрываю за собой дверь. — Ты же понимаешь, девочка, что явиться вот так ко мне без приглашения — верх наглости и глупости?

— Я полностью осознаю все последствия своего поступка.

— Садись, — он кивает на стулья для гостей. — Чувствую, разговор нам предстоит не из легких.

Телефон чуть не выскальзывает из вспотевшей ладони, я вытираю руки о подол строгого платья и принимаю предложение присесть.

Так начинается наша игра в гляделки с отцом Яна. Он вскидывает бровь, когда я не отвожу явно испуганный взгляд, а мне остается только вдавливать ногти в ладони, чтобы не сорваться в лютую панику, от которого меня отделяет один маленький шаг.

— Что ты хочешь, Бодровская Агата Юрьевна? Или уже Кострова?

— Я не сменила фамилию. Пока что, — выдерживаю это острое, витающее в воздухе напряжение, и кладу телефон так, чтобы Леонид Вадимович его увидел.

— Сколько тебе заплатить за то, что ты оставишь в покое моего сына?

— Вы совсем не хотите счастья для Яна?

— Дерзишь, — снисходительно качает головой он. — Мне нравится. Ты смелая девушка, хоть и трясешься передо мной как подстреленная лань перед своим последним спуском курка. Я оценил.

— Не настолько вы и страшный, Леонид Вадимович, каким хотите казаться.

Вошедшая вовремя секретарша прерывает наш разговор. Я хватаюсь за эту соломинку, чтобы перевести дыхание, и наблюдаю за едва заметными колебаниями пенки ароматного кофе в предназначенной мне чашке.

— Не пускай ко мне никого в ближайшее время, Маш.

Кивком Мария подтверждает услышанное распоряжение, и мы с Леонидом Вадимовичем лишаемся постороннего свидетеля, продолжив разговор.

— Дай-ка угадаю, — отец Яна делает глоток из маленькой белой кружки. — Сейчас ты скажешь мне о том, что беременна от моего сына, и начнешь угрожать внуком, которого я никогда не увижу, если не изменю своего решения о вашем браке?

— Мимо. Еще попытки? — мой голос мимикрирует под надменный тембр Леонида Вадимовича.

— Не перегибай палку, девочка. Честно говоря, это казалось мне забавным в первые минуты, но теперь я не вижу смысла тратить время на тебя. Я мог бы заняться чем-то более полезным, выставив тебя за дверь.

— Но вы ведь еще не сделали этого?

— Мною движет любопытство.

— Я хочу предложить вам сделку. Честную сделку.

— Неужели решила пойти ва-банк и предложить себя?

Леонид Вадимович усмехается в открытую, заметив, как скривилось мое лицо после этих слов.

— У меня есть запись разговора, которая откроет вам глаза на многие вещи. Из вас собираются сделать дурака, а я могу предотвратить это.

— Продолжай, — мужчина откидывается на спинку стула, буравя меня заинтересованностью, заполонившей его прищуренные глаза.

— Вы отпустите Яна. Сейчас же, сегодня же. А я взамен спасу вашу репутацию и деньги.

— Тебя интересуют мои деньги, девочка?

— Нет. Но они интересуют вас. И я не думаю, что вы захотите вкладывать их в проект, который в конечном итоге обернут против вас.

— Позволь узнать, каким путем у обычной простушки с улицы могла появиться какая-то важная для меня информация? Чей разговор на твоей записи, Агата?

— Я понимаю, на что вы намекаете. И это не красит вас как мужчину, Леонид Вадимович. Беспочвенные обвинения девушки, которую выбрал ваш сын, в низкой социальной ответственности оскорбляют скорее вас, чем меня, — я отбиваю его попытку запятнать мой образ жизни и накрываю ладонью все еще лежащий перед нами двумя телефон.

— А ты уверена, чтомойсын того стоит? Насколько я знаю Яна, он никогда не относился серьезно к своим отношениям. Да и существовали ли они у него? Я сам был таким в его годы, считал женщин всего лишь обыденным развлечением.