— Этого я и боялся. — Поляков пошлепал прочь босыми ногами по полу.

Даша рухнула на кровать, уперлась взглядом в белоснежный потолок и задумалась. Сегодня все было не так как всегда. Ее не напрягала нагота, необходимость болтать, и за вчерашнее не было мучительно стыдно. Напротив, она была полна энергии, и даже было жаль, что сегодня выходной.

Хотя как раз в выходной тоже можно много всего сделать. Только она еще немного отдохнет, а потом начнет свершать свершения и подвигать подвиги.

…Ничего себе она вчера порвала отношения! С гарантией, так сказать.

С утра уже не хотелось мчаться работать куда-то в сельмаг и вообще покидать уютную постельку. Вчера она выплеснула на Пашу весь груз своих обид и ненависти, — на него лично, и на всех до кучи, — и сегодня на душе было легко и ясно, как, наверное, и должно быть солнечным майским утром. Из приоткрытого окна была слышна перебранка воробьев, и веяло тем самым особым майским воздухом, в котором смешался запах опадающих тополиных почек и молодой листвы.

Поляков не обиделся.

Ему даже понравилось.

— Будем валяться или завтракать? — вернулся Паша, тоже весь полный энергии.

Отвечать было лень, тем более что Дарья не определилась.

— Могу предложить другие альтернативы. — По игривому виду и тону было понятно, какого рода альтернативы он готов предложить.

— Не-не, у меня зубы нечищены. Остальное, кстати, тоже. Чур я первая в ванну!

— Мы можем вдвоем.

— Мы вдвоем в твою ванну не влезем.

— Это в твою ванну мы вдвоем не влезем, — возразил Поляков.

— В мою ты и один не войдешь. А если и войдешь, то не выйдешь. В дверях застрянешь.

— Во-от. А если я помещусь, то для тебя место найдется. Живот втяну, и ты втиснешься. Тебя до нормальных габаритов еще откармливать и откармливать. Иди мойся. Пошел я завтрак готовить. Что ты хочешь?

В дУше у Несветаевой мелькнула мысль, что, наверное, так и должно выглядеть утро в нормальных семьях. Которой у Даши никогда не было.

И никогда не будет.

Она не сможет придать Полякова.

И остаться с ним не сможет. Нет ничего тайного, что рано или поздно не стало бы явным. Дарья предпочла бы оказаться в момент, когда Паша узнает о ней правду, подальше. Не из страха. Просто она не чувствовала в себе сил это пережить.

Все, что ей дала судьба — это несколько дней до окончания срока, установленного заказчиком. А потом она все же уйдет из жизни Паши навсегда. Он заслуживает лучшего, чем она. Хорошую, честную, чистую девушку, а не такую шваль, на которой негде ставить клейма. Теперь все, что было раньше, казалось грязным и пошлым.

Ничего.

Прорвемся.

Теперь Даша знала, что мужчины разные.

Это открытие было неожиданным и не вязалось с привычными представлениями о мире, как если бы ей довелось встретить взаправдашнего Деда Мороза. Несветаева пока не знала, что ей делать с новыми знаниями, или что делать со старыми, но вместе они не стыковались никак.

На завтрак была яичница, посыпанная зеленью. С жидким желтком, который Дарья вымакала кусочком хлеба. Очень вкусно. Так вкусно, что Паша приготовил еще.

— Даш, слушай, у меня мысль появилась. — Он выкладывал яйцо на тарелку. — У меня все равно комната, где тренажеры стоят, пустует, фактически. Я только в спортзале занимаюсь. Хочешь, я сделаю тебе кабинет? И ты деньги сэкономишь, и мне приятно.

Несветаева подняла на него взгляд, не зная, как реагировать на предложение.

— Я хочу, чтобы ты была со мной. — Он сел за стол. — Мне плохо, когда тебя нет. Не хочу тебя пугать и обманывать. Я не знаю, что будет дальше. Мы с тобой оба непростые люди. У каждого из нас свой не самый радостный жизненный багаж. Я недавно общался одной девушкой. Психологом. Настоящим. У меня даже ее визитка осталась, — горячо добавил Поляков, будто его слова требовали доказательств. — Я рассказ ей о… нас.

На сердце у Дарьи горько екнуло от этого «нас».

— Она сказала, — продолжил Павел, — что у нас обоих есть проблемы установления долгосрочных отношений. Но если мы рискнем, если оба захотим, то у нас может получиться. Я — хочу.

Несветаева застыла с кусочком мякиша в руке, не зная, как реагировать.

— Я не давлю, — поспешил успокоить ее Поляков. — Не подумай. Если ты скажешь «нет», я пойму. Если тебе нужно время, я подожду. Не обещаю, что что-то обязательно выйдет. Возможно, через неделю мы взвоем друг от друга. Или через месяц. У мен не было такого опыта. Но мы можем хотя бы попытаться.