– Открой…

Я лишь отрицательно покачала головой из стороны в сторону.

По моей правой щеке скатилась одинокая слеза, а Кирилл внимательно проследил за ней.

Может, мне в очередной раз показалось, но его взгляд немного изменился. В нем уже не было той жесткости.

– Одевайся и спускайся, - говорит он и возвращается на свою сторону.

Облегченно отдыхаю и медленно опускаюсь на колени. Ноги не держат. Меня всю колотит. Начинаю всхлипывать, а впоследствии рыдать, задыхаться от слез.

С трудом успокоившись, я сделала, как он просил. Оделась и стала спускаться вниз.

Замерла, когда увидела, как и он выходит из своей комнаты. Должно быть, слушал все эти десять минут как я реву за стенкой. Тоже только что оделся. Но не так, как обычно. В обычные джинсы и футболку. Я привыкла видеть его другим. Безупречным. В костюме. Не таким.

Жестом руки он велел мне первой спускаться.

Самовольно заглянула в кухню, где собиралась дрожащими руками сделать себе чашку кофе. Но едва я подошла к столешнице, как он прижал меня сзади.

– Перестань…

– Тебе было хорошо… - проговорил с садистским удовольствием тихо мне в макушку. – Больно больше не будет…

– Не трогай меня больше… - пытаюсь сорвать его руки со своей талии.

– Буду трогать, когда захочу, - и сильнее впил в меня пальцы.
– Несмотря на твое поведение... я все равно ни о чем не жалею. Хочу теперь только тебя.

– Я думала, что ты хотел поговорить со мной… - перестаю дергаться. Чем больше я буду сопротивляться, тем рьянее он будет доказывать свои права на меня.

– Хотел…

– Так говори.

– Признай, что тебе было хорошо со мной.

– А если я не признаю?..

– Тогда я не успокоюсь, пока не доставлю тебе удовольствие.

В страхе я дернулась в его руках.

Чертов шантажист.

– Ну же, Уля, скажи...

– Да… - сглотнула.
– Было в этом и приятное… - и я не солгала. – Но…

– Без «но», - рывком разворачивает меня к себе лицом и по-прежнему удерживает у столешницы. – Я не могу отказаться от этого, - тогда я поднимаю взгляд на его лицо. – Мы сделаем это, как только ты будешь готова. Моих чувств к тебе это не будет касаться.

– Значит, ты признаешь, что лгал мне, когда говорил, что можешь отказаться от этого ради меня? – гляжу исподлобья.

– Если бы мог... то даже не сомневайся.

Сплошная ложь.

– Пусти меня! Пусти! Пусти! – вырываюсь с криками, а он обнимает меня. – Отпусти, говорю! – колочу его по плечам, но он только сильнее сжимает меня всю, чуть ли не до хруста костей.

– Успокойся…

– Нет!

– Я сказал, успокойся! – отрывает меня от себя за плечи и смотрит в глаза. – Ты и я – станем свободными, когда покончим с этим.

Свободными?.. Можно подумать, что он испытывает хоть какие-то неудобства.

– Может, скажешь прямо, что ты имеешь в виду? Чего еще ты мне не говоришь?

– Я бы предпочел, чтобы о некоторых вещах ты никогда не узнала.

– А ты не думаешь, что это хоть как-то изменило бы мое отношение к тебе?

– Не изменило бы. Изменить все может другое, - берет ладонями мое лицо. – Твое доверие.

– Как я могу доверять тебе, когда ты все это делаешь со мной?
– шиплю.

– Ульяна…

– Ты же знаешь, что я не люблю тебя.

– Полюбишь, - хмурит брови.

Кирилл верил, что моя любовь к нему возможна, и последние два дня он только и делал, что пытался меня в этом убедить.

Мы спали вместе. Был секс. Снова, снова и снова... И каждый раз все выходило из-под контроля с моей стороны. Мне нравилось с ним этим заниматься, и я показывала ему это. Очень явно. Я даже позволяла ему себя обнимать после, чем и усыпила его бдительность. Кирилл больше не наблюдал за мной взглядом зверя. Он, похоже, решил, что я смирилась с ролью его жены. Совершенно не подозревал, что близится час нашего расставания.

Настал день «Х». Меня откровенно трясло с самого утра. Я не знала, что делать, как сбежать сегодня в тот клуб к девяти...

Сейчас мы сидели в ресторане. Ужинали. Он предложил поехать, а я согласилась. Сегодня я не могла отказать ему ни в чем. Даже надела платье из шкафа, которое он хотел. Красное. С открытыми плечами. Похоже, ему нравится щекотать себе нервы и понимать, что все смотрят на меня. Выставляет меня напоказ, как свою личную, неприкосновенную вещь.

– Ты очень красивая.