– Выпей обезболивающего. Вот, - подаю ему таблетку.

Кирилл привстает, и я подаю ему стакан с водой.

– Прости… Я пугаю тебя, - смотрит на меня Кирилл, отрываясь от стакана.

– Вовсе нет. Я тоже этого хочу. Хочу, чтобы… они были наказаны. Чтобы… они перестали думать об этом наследстве.

– Они не смогут его получить после всего этого. В завещании прописан этот пункт. Никакого внимания общественности. Особенно скандального.

– Вот и чудесно, - улыбаюсь я.

– Иди ко мне. Полежи со мной.

С радостью забираюсь к нему на кровать, как только ставлю стакан на тумбочку.

– Ближе, - просит он меня.

– Не хочу делать тебе больно.

– Не сделаешь. Давай, иди ко мне.

Ложусь ему на плечо, прижимаюсь насколько это возможно теснее.

– Когда она родится… все изменится, - тихо произносит Кирилл.

– Что изменится?..

– Все.

– Что-то даже как-то страшно…

– Почему?

– Я не хочу, чтобы ты менялся. Ты мне таким… нравишься.

Кирилл поворачивает голову и смотрит на меня как на сумасшедшую.

– Серьезно? Что-то я помню ты другое говорила.

– Да, говорила, - хмыкнула игриво.
– Но таким ты любишь меня.

– Я любым буду тебя любить. Людям свойственно меняться. Думаешь, я не изменился с тех пор как понял, что влюблен в тебя? Изменился. Очень. Но ничто не заставит меня измениться по отношению к тебе.

***

Через три недели Кирилл уже крепко стоял на ногах. Сегодня он решил сделать то, что собирался. И он сделал. К обеду об этом уже кричал весь Питер. О том, на что пошел глава семейства Алировых, чтобы прибрать к рукам имущество своего отца по наследству. Там было все. Все и разом. Но Кирилл считает, что этого мало. Он согласился дать интервью. Я и он – должны рассказать обо всем, на что нам пришлось пойти ради замыслов его семьи.

– Если ты не хочешь, то мы откажемся, - говорит Кирилл.

– Что?..

– Я не стану тебя к этому принуждать. Никакого интервью, если ты не хочешь.

– Ты же сам сказал, что всеобщая огласка даст нам полную защиту. А для этого нас должны увидеть.

– Да.

– Тогда я согласна, - опускаю взгляд на свой живот. – Наша девочка должна родиться в полной безопасности.

– Конечно. Я надеялся, что ты согласишься, но не собирался на тебя давить.

Улыбаюсь ему сейчас, но скрываю, что слышала его телефонный разговор, из которого я поняла, что Кирилл хочет всячески отрезать отца и всю свою семью от этого наследства, но а он сам… он хочет знать, что в нем. А от меня он это скрывает почему-то.

Максим. Спустя несколько месяцев…

– Я должен встретиться с братом. Узнать, как он. Поблагодарить его…

Если бы не он и его рисковая выходка, Нади сейчас не было бы рядом со мной. Своими действиями он заставил отца отпустить ее, а потом нанес ему удар в самое сердце. Это едва не убило его. В прямом смысле. Старик хотел пустить пулю себя в лоб. Но... воздержался. Он слишком любит свою жизнь и свои возможности в ней, чтобы вот так уходить.

Он заслуживал это, и это бесспорно.

– Поезжай, - говорит Надя. – Мне полететь с тобой?

– Да, конечно. Мне бы хотелось, чтобы теперь ты всегда была в поле моего зрения. Отец в любой момент может что-нибудь выкинуть.

– Тогда нам нужно ехать за подарками. У них же дочка родилась. Стоит по этому случаю что-нибудь взять.

Да, родилась. Но я даже не говорил с Кириллом с тех пор. Я знаю, где он живет, но пока что не пытался с ним связаться.

– Да, конечно. Поедем, - улыбаюсь Наде. Она такая добрая. Всегда такой была. – Я сейчас в офис только заскочу. У меня еще есть кое-какие обязательства перед компанией отца. Хочу кое-что уладить.

– Я буду ждать тебя.

Уже спустя час я был у здания офиса компании, которую мой брат слегка так «потрепал». Отец теперь изо всех сил старается все восстановить, в то время как брат занялся своим личным делом в Москве. Отец вне себя, что не может приблизиться к нему. Кирилл привлек внимание общественности. Теперь она, Ульяна и их дочь – неприкосновенны.

Коротко стучу в дверь и вхожу в его кабинет, застав картину, как отец сметает все со своего рабочего стола руками.

– К черту! К черту!
– дальше посыпался отборный мат.

– Кхм-кхм…

Отец замечает меня, остановившись на мне диким взглядом.

– Явился… Мог не приходить. Я без тебя все сделаю.

– Я здесь не за тем, чтобы помогать тебе. Хочу решить вопрос с акциями.

– Хочешь вынуть свои проценты из бизнеса, паршивец? Мало мне твоего брата… Чертов предатель! Из-за бабы все просрал! И ты не лучше!
– указывает на меня пальцем.
– У меня теперь только один сын! Один! Матвей!

– Матвей - жестокий мальчишка, который дурит тебя. Делает вид, что играет по твоим правилам.