В целом питание мы наладили. Жаль, но съедобных фруктов мы не нашли. Всё, что выглядело, и было на вкус приятным - содержало в себе неприятную изюминку. От красного пупырчатого плода - кожа временно меняла цвет на зелёный. Весело, да? А каково нам было в первый раз? От ягод с кулак размером, что пахнут так одуряющее сладко - на голове вырастают реальные костяные рожки, прорывая кожу на лбу. Больно, но временно. Через несколько часов они отмирают и остаются только кровоточащие ранки. Вывод: на планете Гааг - Ра не растёт никаких путных фруктов.

В небе раздался низкий гул. Я поднял голову.

На посадку заходил бот, из дюз которого вырывался огонь. Практически точная копия моего 'Медведя', только этот бот способен выходить в открытый космос. Старая, потрепанная машина.

Вот и прибыл наш заказ.

– Здорово, Пич, - протянул я руку, здороваясь с рогданцем.

Сейчас он не вызывал у меня такого негатива как раньше, хоть его сограждане и участвовали в принудительном переселении нас с родины. Пич же простой работяга на станции. Пилот бота, а не политик.

– Иван, как жизнь?
– Спросил он, словно простой человек. Сосед по даче.

– Все идет, все меняется, - пространно ответил я.

Было забавно вести диалог с инопланетянином, который внешне почти ничем от тебя не отличается. Так же как и ты работает, ходит в туалет, грустит и смеется.

– Привез?
– Спросил я.

– Конечно.

Он открыл трюм бота и стал выгружать товар.

Подключив наших дронов грузчиков, я стал помогать. Как только все ящики были на земле и после моего кивка, Пич попрощался и улетел. У него на сегодня еще не одна заявка на доставку от других поселений.

Тоненьким ручейком из бараков и новых домов, что мы успели поставить, появились первые люди.

– Сын? Уже разгрузил?

Отец, позевывая, подошел первым.

– Да, - кивок на ящики.

Руки чесались, так хотелось вскрыть их. Ради этого я работал без продыху последние недели. Надеюсь оно того стоило.

– Давай тогда позавтракаем, а потом займёмся коробками. Хорошо?

Я кивнул. А отец хозяйственно пересчитал тару. Все же немалые по нашим меркам деньги потрачены. Не хочется быть обманутыми.

Подождав, когда он закончит, мы вместе пошли к столам, где женщины уже накрывали.

– Приятного всем аппетита.

– Ага.

– Бр-р-р, - ежились дети, с трудом разлепив глаза. Их к столу пришлось пригонять.

Взрослые поголовно зевали.

Пока кушали, все на меня как-то странно косились. Одни со страхом. Другие с участием.

– Ты как, сынок?
– Спросила меня мама, подкладывая мне в тарелку котлету за котлетой.

– Нормально.

Я нахмурился и заработал ложкой в два раза усерднее.

Оксанка решила объяснить мне, что происходит и почему на меня так странно смотрят.

– Последние дни у тебя был безумный взгляд. Выходишь из леса, а на плече связка огромных лягушек, истекающих кровью. На лице оскал, - хихикнула сестра, что встречала меня после каждого выхода на промысел, как штык, стоя у кромки чащи и играясь с Мурзиком.
– Некоторые, - покосилась она вправо, - считали, что ты совсем того... С головой проблемы, хи-хи-хи.

Такой сестра мне нравилась больше. Пусть смеется, главное не грустит.

– Извините, - пожал я плечами и несмело улыбнулся.
– Лягушки дорого стоят, вот разум и помутился немного. Теперь уже всё хорошо, - уверил я всех, стараясь незаметно спрятать браслет из лягушачьих лап в карман. Глупая была идея.

Как только народ убедился в моей вменяемости, мы все вместе пошли распаковывать покупки.

<