Боевые дроны стояли на местах и на них уже не обращали внимания. Их стало больше. Мы двигались вперед и продолжали вооружаться. Все мужики носили ружье за спиной. Стрельбище не простаивало.

В стороне стояло два бота. 'Медведь' и 'Вепрь', так мы назвали второй отремонтированный бот. Он был больше и крепче 'Медведя' и имел вооружение. Три бортовых лазерных установки 'Око'. Сейчас на нем тренировались пилоты. Отец держал руку на пульсе и тем, кто не ленился и обучался, не забывая включать перед сном гипносон, он покупал устаревшие пакеты знаний. Из-за цены и количества желающих выучить что-то новое приходилось экономить. Брали 25 - 29 класс. Несмотря на это у нас уже появились и свои техники и пилоты, даже среди девушек. Мама изучила учебник: юрист. 27 класс, а отец откопал на станции учебник: государственное управление. 26 класс.

Все мы росли над собой. Я тоже не стоял на месте и убежал далеко вперед.

Тренировал и свою псионическую способность медведеподобный. Это требовало от меня полной отдачи и сосредоточения. Тренировался не здесь, а в лесу. О моих способностях никто не знал. Что могу сказать? Способность сложная. Не терять над собой контроль выходило плохо. В этом я и тренировался. Сама способность задействовалась по желанию. Это как двинуть пальцем или повернуть голову в нужную сторону. Я просто желал этого и входил в состояние медведеподобный. Становился сильней, крепче, быстрей на десять минут, а потом приходила отдача. Платой за силу была слабость. Я не мог выполнять тяжелую работу в течение нескольких часов. Нужен был отдых и питание. Сознание я научился не терять.

Повторно использовать способность я мог через четыре часа.

С пси все было сложно. Учебников нет. Все приходилось осваивать методом тыка, а осторожные запросы в галактической сети ничего не дали. Способности у всех разные и не всегда боевые.

Сами способности это не магия, если можно так сказать. Это новые открытые возможности мозга. У тех, кто обладает пси он другой, измененный, отличный от обычных людей. Эта тема тоже табу. Ничего больше не узнал. Просто продолжил тренировки.

Мысль перескочила на другую тему.

Мы так и не решили, что делать с бандой Горы. Или они о нас не узнали или выжидали, так как нападения всё не было. Странно это. Готовиться к этой встрече мы не прекращали, но... Как так? Это затишье мне не нравилось. Мертвая тишина.

Не самим же к ним лететь? Они не дурней нас и укрепили свой поселок не хуже. Не знаю даже. Опасное, очень опасное затишье.

Высохнув на солнышке, я надел свой комбинезон, ботинки и пошел в сарай, построенный специально для меня. Там я возился с ремонтом техники, которая регулярно ломалась. Благо сейчас у меня есть помощники, что тоже выучили несколько пакетов знаний.

Кивнув Гене, Максу и Оле что были здесь и сообща пытались заставить работать сушилку для белья, я занял свой стол и тоже взялся за отвертку.

В мастерскую заглянул отец. Поздоровавшись с ребятами, он подошел ко мне с предложением.

– Что думаешь по этому поводу?

Он хотел знать мое мнение о своей идее по торговле, с которой носится уже не один день.

– Можно скататься, - пожал я плечами.
– Барахла отремонтированного нами скопилось много. Почему бы и не поторговать?
– Согласился я, отложив вновь исправный датчик движения и взяв следующую деталь на ремонт.

Мы ремонтировали не только свои вещи. Для практики я начал регулярно скупать у станции технологический мусор, который мы и приводили в порядок. Получалось не всегда, но если подсчитать, мы оставались в плюсе. Вот и копились у нас дроны пылесосы, стиральные машины, телевизоры, проекторы, карманные вычислители и другая бытовая мелочевка.

Я спросил.

– С кем хочешь торговать то?

– Со всеми кто заинтересуется. Я связался со многими поселениями. Россия, Буряты, Черемушки, Питерцы, Поморы, СССР, Дагестан, - перечислил он.

– Интересные они названия выбрали, - я улыбнулся.
– Не хуже наших Добрых пчел, - я снова улыбнулся.
– А почему только русские поселения?

– Как то так получилось, - пожал плечам отец.
– Иностранцы обосновались в другом месте. Лететь дальше.

– Ну, хорошо. Хочешь торговать - будем торговать. Жаль только, на станции этот устаревший хлам не нужен, тогда перепродали бы его им обратно, и удалось бы избежать лишних телодвижений.

– Не куксись, - хлопнул меня по плечу отец.
– Нам надо поддерживать хорошие отношения с соседями. Сегодня мы им, а завтра они нам. Понял?

– Ладно, ладно. Хорошая идея, - отмахнулся я от отца.