Арнольд установил свой телефон на перилах, прислонив к опорной балке.

— Сейчас появится музыка и голос, слушайте и выполняйте, что он будет говорить. Расслабьтесь, отключите сознание, плывите в потоке. Медитация – это рубильник, который отключит вас от внешнего мира, это лекарство от тревог, страданий и болезней. Дышите спокойно, умиротворённо, а мне надо ненадолго отойти.

Арнольд включил телефон и покинул нас. Через пару минут после медленной расслабляющей музыки, действительно появился ласкающий слух женский голос.

Если честно, пока мне не удавалось выключить сумбурно проскакивающие мысли. К тому же Ирочка, сидящая рядом, неожиданно отвлекла меня, поднялась с места.

— Извини, я тихонько. В туалет.

Она прошуршала башмаками по деревянному полу беседки. Я проследила за ней до половины маршрута и вновь закрыла глаза. Спокойный голос из телефона просил расслабить мышцы лица, шеи, плеч. Только сейчас я поняла, насколько сжаты были зубы, как напряжены мои челюсти. Бог ты мой, я ведь просто взведённая пружина. Расслабила челюсти, нижняя губа поползла вниз. Мой рот приоткрылся. С опущенным подбородком и приоткрытым ртом я, наверное, выглядела глупо. Мысль о том, что кто-то может подглядывать за мной, заставила распахнуть веки.

Девчонки сидели с закрытыми глазами с расслабленным выражением на лице. Покой, безмятежность чувствовали все, кроме меня. Я осторожно оглянулась по сторонам. За беседкой никого не было, никто не выглядывал из-за дерева, не стоял, ухмыляясь, на тропинке, ничьи силуэты не мелькали за кустами вдали. Я чувствовала себя пришелицей из другого мира, выброшенную на незнакомую орбиту. Жанна вдруг резко открыла глаза, испугав меня чуть не до икоты.

— Иры долго нет.

Меня как будто окунули в кипяток. Тревога никуда не делась, медитация не помогла. Спящие царевны проснулись в одно мгновение. Контраст между теми, какие они были секунду назад, поразил.

— Задержалась? — Мила нервно поправила волосы.

Голос из телефона ласково просил почувствовать пальцы рук, расслабить их. Жанна встала, направилась прочь из беседки, я поднялась вслед за ней.

— Я с тобой.

— Девочки, продолжайте. Мы сходим.

Жанна критически глянула на меня, я не выглядела воинственно, но с ней я чувствовала себя уверенно. Жанна напоминала воительницу высоким ростом и статью. В моём представлении она была не хрупкой Жанной Дарк, а королевой франков Брунгильдой в рогатом шлеме с топором в руках. Интересно, какого роста был её сожитель? Наверное, под два метра, как злобный викинг.

Глупые мысли лезли в голову, пока мы шли к туалету. Вокруг тропинки была скошена трава, но чуть дальше от неё всё заросло луговым разнотравьем. Слишком большие площади, видимо, не стали выкашивать для небольшого количества гостей. Вот когда лагерь был полон детей, тогда здесь траву и косили, и вытаптывали заодно.

Туалет находился в отдалении, но всё-таки издалека вполне хорошо просматривался. Окрашенный синей краской, достаточно длинный с буквами «ж» и «м» по краям. Чем ближе мы подходили к синему сооружению, тем сильней меня потряхивало. Хотелось, чтобы Ира с голубыми растрёпанными волосами беззаботно выпорхнула нам навстречу. Подойдя вплотную, я следом за Жанной прошла за перегородку повернула туда, где в полу было несколько дырок. Я уже ходила в этот туалет, он был чистый и вполне цивильный для сортира такого рода.

В кабинке никого не было. Тревога удушливой волной поднялась к горлу. Я вдруг отчётливо осознала, что за время проживания с мужем полностью перешла в режим паранойи. И да, я заглянула внутрь каждой дырки.

— Кошмар, — прошептала Жанна, глядя на меня.

— Однажды мальчик в такую провалился. Мне рассказывали.

Жанна скептически пожала плечами. Было, значит, было. Она не спорила. Мы вышли из туалета, оглянулись по сторонам.

— Может, в мужском?

Меня уже лихорадило от страха.

— Иди сама. Я здесь постою.

Жанна смело зашла в мужской «предбанник», заглянула внутрь и мгновенно вышла оттуда.

— Пусто.

— Куда она делась?

Мы оглянулись по сторонам. Тропинок от туалета, идущих вглубь лагеря, где не было корпусов, не просматривалось. Можно, конечно, прогуляться по траве и набрать букет полевых цветов, но с чего бы Ире пришло в голову гулять, когда у нас шло занятие?

Неожиданно в отдалении за туалетом послышались горловые звуки. Кого-то нехило выворачивало. Мы обогнули туалет и ринулись туда. В шагах в двадцати в траве на четвереньках стояла Ира, а мужской силуэт в черной форме быстро удалялся в сторону сосен. Когда мы подбежали к Мальвине с красным лицом, она содрогалась и отплёвывалась, по подбородку текли слюни, лицо заливали слёзы, в придачу к рвотным запахам, воняло спермой.

— Сука, я так и знала, — прерывисто сказала Жанна, посмотрев вслед исчезающему за деревьями охраннику. — Кто это был? Бур?

— Саба, — сквозь слёзы проговорила Ира, тяжело дыша. Её трясло мелкой дрожью, она села на землю, подняла голову. — Предложил покурить, а потом…ну…это. Я испугалась, сказала, не могу… сперму, а он за волосы… глубоко… ободрал всё горло…, в меня спустил.

Мы немного постояли рядом, ожидая пока Иру перестанет трясти. Жанна сдула чёлку, упавшую на глаза.

— Идти можешь?